Его чувства?

– Не уверена, что поняла вас, Томас.

Он пристально посмотрел ей в глаза и почти прошептал:

– Я считаю, что пока наши отношения не должны становиться более интимными. У меня есть на то причины.

Мадлен с некоторым раздражением спросила:

– Боитесь, что это может осложнить наши деловые отношения?

– Да.

Решив высказать все до конца, она заявила:

– Но вы же этого хотите! Он вздохнул и прошептал:

– Да, хочу. Но не сейчас.

– Томас...

Он склонился над ней, и его губы прикоснулись к ее губам. В этом поцелуе не чувствовалось страсти, однако он был удивительно нежным и довольно продолжительным, Мадлен с готовностью ответила на него.

Наконец Томас отстранился и, прерывисто дыша, сказал:

– У нас мало времени. Очень мало... Мы уже почти у цели. Пора прекратить разговоры. Это слишком рискованно.

Он взял Мадлен за руку и снова зашагал по дорожке. Они молча шли вдоль берега и все ближе подходили к поместью Ротбери. На небе появились облака, почти полностью скрывшие луну. Стало еще темнее, и Томасу пришлось сосредоточиться на дороге.

Мадлен размышляла об их с Томасом отношениях. Ей вдруг пришло в голову, что они не испытывают друг к другу глубоких чувств – лишь физическое влечение. Может, поэтому Томас не желал уступить зову плоти?.. Возможно, он очень любил свою жену и теперь, после ее смерти, не хотел поддаваться искушению из уважения к памяти покойной. А может быть, он из-за своей хромоты настолько не уверен в себе и считает, что молодая красивая женщина не должна желать физической близости с ним? Впрочем, все это не имеет значения. Их влечет друг к другу, и это самое главное, остальное не должно ее беспокоить. И конечно же, Томас не стал бы ее целовать, если бы не хотел сблизиться с ней. Так что они обязательно станут любовниками – Мадлен в этом нисколько не сомневалась. Более того, она была абсолютно уверена, что и Томас в этом не сомневается.

Внезапно он остановился, привлек Мадлен к себе и приложил палец к ее губам, призывая к молчанию. Она вопросительно взглянула на него, и Томас все так же молча указал кивком головы налево.

Посмотрев в указанную сторону, Мадлен заметила вдалеке мерцающие огоньки. Томас, снова приложив палец к ее губам, осторожно сошел с дорожки и направился к огонькам. Мадлен тотчас же последовала за ним.

Когда они подошли поближе, Мадлен поняла, что огоньки – это два фонаря. Их тусклый желтый свет рассеивал ночную тьму, но вокруг по-прежнему царила тишина, во всяком случае, они не слышали ни звука.

Свет погас; сначала один фонарь, потом другой. Мадлен чуть не вскрикнула от неожиданности. Ошеломленная произошедшим, она несколько секунд смотрела в ту сторону, где только что горели фонари. Было ясно: люди, зажигавшие фонари, находились довольно далеко от дома. Но зачем зажигать их в таком месте? И почему их так внезапно погасили? Может, там услышали их с Томасом шаги? Нет, не может быть. Они ступали очень осторожно. И даже не разговаривали.

И тут Мадлен вспомнились слова Дездемоны... Якобы ходили слухи, что по ночам в поместье барона Ротбери вспыхивает свет и бродят привидения. Разумеется, это вовсе не привидения. А свет Дездемона видела собственными глазами – Мадлен уже приходила в голову эта мысль. Но когда видела? При каких обстоятельствах? И почему молодая женщина вдруг оказалась ночью в таком месте?

Они подошли еще ближе к особняку. Томас, осмотревшись, подвел Мадлен к большому круглому пню и усадил ее. Сам присел рядом на корточки.

Они ждали, не произнося ни слова и напряженно прислушиваясь. Минута проходила за минутой, но ничего не происходило. Ни звука, ни света, никакого движения.

Наконец, решив, что ждать больше нечего, они отправились обратно и вернулись в коттедж в половине третьего.