– О, я сражен своей собственной петардой. Но окажите мне все же честь, леди, и примите мое приглашение на чай. Адрес, который я назвал вам – адрес Лэндоунского отеля, где я и проживаю. Мой номер вполне комфортабелен, и в отеле подают превосходные огуречные сэндвичи. А если хотите, мы можем отправиться в кафе.

Я теперь полностью предоставила разговор в распоряжение Лайзы и наслаждалась откровенной раскованностью поведения столь необычного джентльмена. Почти с сожалением я услышала, как Лайза сказала:

– Благодарю вас, но мы вынуждены отказать, а также вынуждены попросить вас позволить нам продолжить работу. Вы же понимаете – бизнес есть бизнес.

Он сразу же встал:

– Да, я не должен более злоупотреблять вашим временем, но, поскольку мы соседи, возможно, нам доведется встретиться вновь. До свидания, мисс Браун, благодарю вас за доброту. До свидания, мисс Фэйт. – Он поцеловал нам руки и спокойно удалился.

Мы с Лайзой взглянули друг на друга и расхохотались.

– Что за необычный человек! Мне никогда не приходилось с таким сталкиваться. Наверное, ты, Кейси, притягиваешь к себе всякие необычные события. Но, кажется, он очень приятный джентльмен, правда? Вряд ли он может представлять для нас какую то угрозу.

– Нет… – проговорила я. – Думаю, ты права, Лайза. Но я чувствую, что полковник Браун не совсем тот человек, кем хочет казаться.

В тот же вечер историю о «дворецком Кейси» мы рассказали Чеду, особый акцент Лайза сделала на моем выражении лица, каким оно стало, когда я узнала, что будущий дворецкий – полковник.

Чед был удивлен: история показалась ему забавной.

– Вам следовало принять его приглашение на чай, – сказал он. – Если мы не будем время от времени поддерживать свою репутацию, мы разочаруем соседей.

В течение той недели я виделась с полковником Брауном еще дважды. Первый раз, когда мы с Лайзой ехали однажды утром в агентство. Он ехал верхом на великолепной серой кобыле и, увидев нас, пустил лошадь галопом через пустошь. Подскакав к нашему экипажу, он поднял шляпу в приветствии. По правилам этикета для леди, которые описываются в дамских журналах, он не должен был делать этого, а мы должны были игнорировать его, поскольку никогда не были представлены друг другу; но мы обе улыбнулись, кивнули ему и сказали: «Доброе утро».

Вторая встреча произошла через два дня, когда я делала покупки в Гринвиче перед тем, как забрать Лайзу из агентства в шесть вечера. Уже зажглись огни, наступали сумерки; идя через дорогу, я встретила полковника Брауна, разговаривавшего с викарием из Гринвичской церкви. Они оба приветствовали меня, и полковник Браун сказал:

– Я вижу, у вас тяжелая корзина, мисс Браун. Могу я поднести ее к вашему экипажу?

Отказаться было невежливо. Я поблагодарила, мы пожелали викарию доброй ночи и вместе пошли к Нэвел колледж, где я оставила экипаж. Полковник вежливо справился о здоровье мисс Локхарт и ее брата – а отнюдь не мисс Фэйт. И я поняла, что он знает о нас всех больше, чем я думала; но он не сделал попытки вовлечь меня в разговор или навязать мне свою компанию. Когда мы дошли до экипажа, он поставил мою корзину, помог подняться и очень вежливо попрощался.

Странный полковник заинтриговал бы меня более, если бы я не была так сильно занята каждый день; но в последние дни я все больше нервничала, думая о предстоящем приезде Сэма Редвинга. Это было, конечно, глупо, и я полагала, что Чед и Лайза осмеют меня, когда узнают об этом, но они отнеслись ко мне весьма сочувственно.

– Это все очень естественно, – сказала Лайза. – Ты впервые встретилась с ним, когда твоим единственным миром была «Кейси»; когда все полагали, что ты – женщина кули; и ты не могла себе позволить быть самой собой. Теперь вам предстоит встреча, когда ты – совершенно другая личность и живешь в другом мире, поэтому и чувствуешь себя скованно и растерянно.