– Нет, я не возражаю, – ответила я. – А что такое? Это тайна?

– Не совсем. – Он был задумчив, почти печален; придвинув большое кресло, он сел напротив меня. – Могу ли я задать два очень личных вопроса? Они могут показаться неуместными, но для них есть причина.

– Ну что же… Да. – Мне стало не по себе. – Я сделала что то недопустимое?

Он отрицательно покачал головой.

– Кейси, имея столь печальный опыт замужества, как ты думаешь, захочешь ли ты вновь выйти замуж?

Я была застигнута врасплох. Я непонимающе глядела в эти дымчато серые глаза, но ничего не могла в них прочесть. Может быть, он заметил интерес ко мне Сэма и пытается выяснить мои намерения? Если так, то для чего? Я старалась остановить поток мыслей и обдумать вопрос. Немного помолчав, я ответила:

– У меня нет желания выходить замуж вновь, Чед. Было время, когда от одной этой мысли меня бросало в дрожь. Теперь это в прошлом, но и сейчас маловероятно, чтобы я захотела выйти замуж. Я счастлива в моем теперешнем положении.

– Спасибо за откровенный ответ, – сказал он. – Теперь второй вопрос. Я должен выяснить, сможешь ли ты полностью доверять мне, Кейси, и умоляю тебя: будь предельно откровенна. Я не обижусь, если ты ответишь, что у тебя есть сомнения.

Я была настолько поражена самим этим разговором, что почти не удивилась второму вопросу.

– Я не вполне понимаю, что ты имеешь в виду… – начала я и запнулась. – Впрочем, это не имеет значения. Да, я доверяю тебе, как доверяю Лайзе и Сэму.

– Благодарю, – вновь сказал он. – Ты помнишь, как недавно я объяснял тебе, каким способом зарабатываю деньги, чтобы выплатить семейный долг?

– Да, я хорошо помню. Ты говорил, что у тебя хорошая память на карты, к тому же способность вычислять математически варианты; поэтому в игре ты полагаешься не на удачу.

– Это так. Но у меня возникла проблема. Во первых, в моем клубе существует установленный лимит игроков, играющих на крупные ставки; во вторых, некоторые из этих игроков уже отказываются играть против меня, хотя партнеров с моей стороны в вист у меня превеликое множество.

– Потому что ты постоянно выигрываешь?

– Да. Не пойми меня неверно. Меня не подозревают в мошенничестве, но на меня теперь смотрят как на профессионального игрока, а это не единодушно принимается в среде джентльменов. – Он улыбнулся. – Я, конечно, и в самом деле профессионал, но было бы лучше, если бы этого не замечали. Мне следовало бы играть от случая к случаю, например, проводить в клубе три дня на неделе, а не шесть; но это вполовину уменьшит мой доход.

Я с жалостью смотрела на него.

– Но Чед… это означает, что весь твой доход… Не знаю, но тебе придется долгие долгие годы выплачивать эти ужасные долги. Я понимаю, что это не мое дело, но ведь ты сделал, что мог? Не думаю, что на тебе лежат какие либо юридические или моральные обязательства…

Он протестующе поднял руку, чтобы остановить меня. Лицо его было бесстрастным.

– Я обещал. Плохо это или хорошо, но я обещал – и конец разговору.

– Прости. Мне не следовало вмешиваться.

– Тебе не в чем извиняться. – Лицо его обрело прежнее дружеское выражение, и когда я взглянула на него, на нем была чуть заметная насмешливая улыбка, которую я уже хорошо изучила. – Но не все потеряно, – продолжал он. – Я долго думал, что предпринять, чтобы играть на большие ставки, чем позволяет устав клуба, но это требует иного подхода.

– Ты можешь рисковать большими ставками? – спросила я. – Я знаю, ты говорил мне, что некоторое время математический расчет сохраняет преимущество перед удачей. Но сможешь ли ты бороться судьбой на протяжении длительного периода?

– У меня достаточные резервы, чтобы противостоять всем возможным атакам Леди Судьбы, – сказал он, – а также справляться с такими ситуациями, когда меня подводит неопытный партнер.