Мы с Чедом шли рука об руку. Он рассмеялся.

– Можем мы вернуться к предмету обсуждения, если вы не возражаете? Согласен, Лайза может на время передать кому то агентство, но я не могу поступить так со своим игорным домом. Доходы выше, чем я ожидал, но, если я теперь остановлюсь и закрою заведение на несколько недель, мне никогда уже не привлечь игроков обратно. Это не та публика, которой можно манипулировать по своему желанию.

– Но тебе не понадобится больше возвращать их обратно, когда мы поднимем золото, – возразил Сэм.

– Нет никакой гарантии, что мы поднимем его, – ответил Чед. – Да, у нас есть шанс, но нисколько не гарантированный, а я не желаю рисковать реальным ради призрачной мечты.

Лайза с любопытством взглянула на брата. Сэм был совершенно сбит с толку и непонимающе качал головой.

– Я ожидал, что ты ухватишься за эту возможность, Мелюзга, – сказал он. – Но, если ты мыслишь таким образом, я поеду туда вместе с Кейси и сам сделаю все, что можно.

– Не будь идиотом, Сэм, – сказала Лайза. – Кейси замужем.

Сэм сделал пренебрежительный жест:

– Конечно, но не на самом деле. Кроме того, я рассчитывал на вас.

– Я не могу уступить тебе Кейси, – проговорил Чед. – Это не подлежит обсуждению, Сэм. «Альмиранта» пролежала на дне морском более ста лет, и она никуда не убежит, если мы дождемся следующего года, так что давай отложим этот разговор. – Он сжал мою руку. – Я только надеюсь, что Кейси не обидится, подумав, что она даровала этот великолепный подарок мне, а я отверг его, не поблагодарив.

Сэм сурово на него взглянул.

– Она вполне может так и подумать.

– Нет, – быстро возразила я, – нет, я вовсе так не думаю, дорогой Чед. Я согласна с тобой, какой бы вариант ты ни предпочел. Делай, что считаешь нужным.

Да, я была удивлена осторожностью Чеда и отсутствием энтузиазма в нем, но я была ему действительно благодарна, и на сердце стало легче: по крайней мере, у меня теперь есть впереди год, прежде чем Чед расплатится с долгами и я стану ему не нужна. Я никогда не посмела бы высказать своей любви, ведь я полагала, что он почувствует ко мне только презрение, если я нарушу наше соглашение и постараюсь обратить фиктивный брак в реальный. Но теперь, по крайней мере год, я останусь его женой.

Так я говорила самой себе. Но моему счастью вскоре пришел конец.

* * *

На той же неделе, в четверг, в семь часов вечера, мы с Чедом беседовали в нашем доме на Сент Джеймс сквер с тремя джентльменами, которые собирались составить с Чедом партию в вист. Одним из них был полковник Браун.

Вошел Диммок и объявил о приезде сэра Грэхема Дина, одного из наших завсегдатаев. Сэр Грэхем, казалось, был чем то смущен, и после вежливого приветствия он обратился к Чеду:

– Добрый вечер, Локхарт. Послушайте, я в некотором затруднении. В моем кэбе сидит приятель, который хотел бы перекинуться сегодня вечером у вас в покер. Я едва его знаю, вчера он был представлен мне клубе – он чей то гость – но он уговорил меня привезти его сюда, сказав, что слышал о ваших вечерах и хотел бы их посетить.

Сэр Грэхем промокнул вспотевший лоб платком: видимо, он уже ощутил на себе неодобрительные взгляды других завсегдатаев.

– Я говорил ему, что это – не клуб, – продолжал он, оправдываясь, – а просто место, где… собираются друзья, но он очень настойчив. К тому же он сказал, что является давним вашим знакомым. Кажется, он откуда то с Ямайки, так что я подумал – не предупредить ли вас прежде. Если он меня дурачил, я сейчас же пойду и отошлю его прочь. Его фамилия Фой.

Сердце мое сжалось до боли. Фой? Кто мог воспользоваться именем Оливера? Кто смог узнать меня здесь или выследить меня, кто догадался о моем прошлом? Глаза всех присутствующих остановились на Чеде.