– Моя нравится фамилия, мистер. Много английский зовут так – Браун.

– Тогда решено. – Он подождал, пока сестра Мэри обернулась к открытой двери, и быстро подмигнул мне.

Я повидалась с ним на следующий день, за полчаса до того, как покинуть госпиталь вместе с сестрой Клэр и мистером Кэррадайном. В присутствии сестры Мэри я начала на неуклюжем креольском наречии благодарить его за доброту, но он остановил меня быстрым жестом:

– Это все ерунда, Кейси. Ничто не может сравниться с тем, что ты сделала для меня. А теперь наслаждайся путешествием и ни о чем не волнуйся. Леди из агентства Блэкхит встретит тебя и сестру Клэр в порту, и она позаботится о тебе в дальнейшем. Как только я смогу, я сам прибуду в Англию, так что я увижусь с тобой. Я имею в виду, я найду тебя, где бы ты ни получила работу. Ты поняла?

– Моя понимать все дела, про которые вы говорить, мистер. Моя желать вам почувствовать себя лучше.

– Я поправлюсь. – Он протянул руку, и я хотела пожать ее. И тут браслет, который я надела на запястье, слегка звякнул. Все жалкие пожитки, которые остались мне от странствований по морям, были теперь упакованы в потертый чемодан, который мне дали: мои очки для подводного плавания и нож, рубашка, короткие брюки, хлопчатые подштанники.

Сэм Редвинг взглянул на браслет и спросил:

– От Габнора?

Я кивнула, и горло мне сжал спазм: я не смогла говорить. Казалось, он решает какой то вопрос, потому что он некоторое время держал мою руку, заглядывая мне в глаза. Затем он сказал:

– До свидания. И еще раз – спасибо, Кейси.

Двадцать минут спустя я взошла на борт судна, на котором мне предстояло начать путешествие в далекую страну, а также новую, незнакомую жизнь. Я ожидала, что это будет нелегкая жизнь служанки, и надеялась со временем улучшить свое существование. Мне было неизвестно, что у Сэма Редвинга были на этот счет собственные планы и что причудница Судьба уже вышивает странный узор нитями моего прошлого.

10

Не могу сказать, что я наслаждалась путешествием в Англию: у меня было слишком много времени для размышлений. Путешествие на Гренаду на маленьком пароходе меня угнетало. Море было необычайно беспокойно. Сестра Клэр и мистер Кэррадайн оставались в каютах из за морской болезни, как и большинство из двадцати с лишним пассажиров. Большую часть дня я проводила на палубе, всей душой желая что нибудь делать. До этого времени я не осознавала, как заполнена была наша жизнь на «Кейси»; теперь же казалось совершенно неестественным, что мне не нужно принимать решений и контролировать машину.

Прибыв на Гренаду, мистер Кэррадайн отправился в госпиталь святого Георга, а мы с сестрой Клэр жили два дня в монастыре, до отплытия большого корабля «Эвон». Корабль был грузопассажирский; курсировал он между Лондоном и Вест Индией. У меня и сестры Клэр была общая маленькая каюта, разделенная занавеской. В столовой мы делили столик с двумя бизнесменами. Видимо, они чувствовали себя в присутствии монашенки неловко, и уж, само собой, были немного шокированы тем, что с ними делит стол туземная девушка с островов.

Вскоре стало известно, что девушка с загорелым лицом в дурно подогнанных платьях – это бывшая кули, которая едет в Англию, чтобы поступить там в услужение; после этого уже никто из пассажиров не стремился разделить со мной досуг. Сестра Клэр была ко мне добра, однако, большую часть времени пребывала в страхе от того, что корабль вот вот пойдет ко дну. Мне было ее очень жаль.

Каждый день по утрам и вечерам я должна была молиться в каюте в течение получаса. То была молчаливая молитва, и мне было трудно придумать, чем заполнить эти полчаса. После благодарения Господа за милость ко мне я должна была испросить прощения за свои грехи. В этом вопросе я редко бывала конкретна, поэтому предоставляла самому Господу решить, что я сделала не так.