Но то ли менталистке помогла её развитая интуиция, то ли действия самого Элина оказались для неё крайне предсказуемыми, но она наглядно продемонстрировала, чем для неё является гуманоидная форма, и что такое симбионт на самом деле. В момент, когда единственное нашедшее брешь в обороне Медб копьё почти коснулось её тела, плоть девушки пошла рябью — и раздалась в стороны, банально пропустив оружие сквозь себя туда, где во избежание разворота его уже зажали сомкнувшиеся плоскости барьера. Элин, глядя на это безобразие, удивился, но виду не подал, отправив всё так же сокрытую сферу к как раз вырвавшейся из ловушки Эриде. Та выглядела, словно ожившее воплощение гнева — беснующиеся в потоках силы волосы, горящие изумрудным пламенем глаза и яростное выражение на лице. И ещё злее она стала за мгновение до того, как сфера развернулась и упаковала Безумную Змею в кокон, справиться с которым было не легче, чем с первым барьером.

Без лишних слов Элин настиг Медб, атаковав её сверху — так, чтобы та могла отступить только и исключительно в направлении земли. Одновременно с тем по каменной кладке неприступного замка прямо под менталисткой запузырилась анима, в ключевой момент принявшая форму устремившихся в небо штырей. Не в первый за этот бой раз оказавшись в похожей ситуации, Медб развернулась и, сметая колья, припала к земле, спустя мгновение промедления вскинув вверх руку, вокруг которой её отдающая морской синевой сила сформировала начавшую стремительно выгибаться плоскость барьера. Не успел Элин обрушить на него массивное копьё с концепцией разрушения, как барьер менталистки уподобился сверлу и превратился в страшное оружие, не столько заблокировавшее или пересилившее копьё перерождённого, сколько смазавшее удар и не позволившее ему качественно поразить цель.

Медб стрелой вылетела из окружения, соответствующей концепцией походя вырвав готовую рвать и метать Эриду из заточения. И Безумная Змея не подвела, бросившись на Элина так, словно эта возможность ударить была первой и последней в её жизни. Вот только перерождённый, здраво оценивающий ситуацию и понимающий, что все эти манипуляции дорого обошлись Медб, не стал встревать в стычку. Вместо этого он оставил на своём месте внушительной силы бомбу, а сам переместился следом за, похоже, освоившей шаги сквозь пространство менталисткой, только что оправдавшей это своё прозвище. Элина словно огрели по голове булавой весом в тысячу тонн, отчего парень потерял всякую ориентацию в пространстве и вместо Медб поразил неуязвимый камень замка, принявший мощнейшую атаку и оставшийся в целости и сохранности. Даже царапин не осталось, что оглушённого Элина почему-то впечатлило… и заставило сфокусироваться.

Пусть внимание его было поначалу сосредоточено на особо интересном кирпиче, именно это позволило разуму зацепиться за нечто стабильное и начать стремительно восстанавливаться, в какой-то момент вернув себе функцию контроля над телом. И произошло это в тот самый момент, когда расслабившаяся Эрида уже замахнулась, готовясь обрушить на Элина разрушительный, но лишённый по-настоящему опасных концепций удар.

И именно по этой причине, — а может быть потому, что он всё ещё был не в себе, — перерождённый пошёл в размен.

В его руке сформировался кинжал, лезвие которого стремительно и хищно начало расти в направлении Безумной Змеи.