— Я пыталась помочь! — оскорбленно воскликнула Остролапка. — Но Листвичка сказала, что без меня она управится гораздо быстрее.

Мышонок задумчиво пошевелил усами и осторожно спросил:

— Может быть, ты просто не годишься в целительницы?

— Еще как гожусь! — взорвалась Остролапка. — Ничего, настанет день, когда вы все будете ждать, когда же я закончу перекладывать травы и выйду из палатки!

— Не обижайся, они просто шутят, — успокоил сестру Львинолап. Сам он думал о другом. Почему Ромашкины котята идут на Совет, а чистокровные Грозовые оруженосцы — Пепелинка, Медвянка и Маковинка — остаются в лагере? «Наверное, Огнезвезд решил по справедливости! — наконец, догадался он. — Трое чистокровных оруженосцев, и трое нечистокровных. Ой, то есть, чистокровных все-таки не трое…» — вспомнил он и вздохнул.

Львинолап взглянул на Воробушка, застывшего у входа в палатку оруженосцев и снова вздохнул. Брат сидел тут с самого заката, Огнезвезд запретил ему идти на Совет в наказание за самовольный побег из лагеря, закончившийся падением в озеро. Теперь Воробушек сердито ворчал в темноте, его незрячие глаза были устремлены на брата с сестрой, которые беззаботно смеялись вместе с Ромашкиными котятами, предвкушая свое первое путешествие на остров.

Ну почему Воробушек ведет себя так глупо? Теперь, когда они все стали оруженосцами, Львинолапу стало гораздо труднее приглядывать за братишкой, как он делал это раньше. Он почувствовал укол вины, но поспешил заглушить его. Он уже взрослый, и на первое место должен ставить свой долг перед племенем. Воробушку придется научиться вести себя более осмотрительно и хоть немного думать перед тем, как действовать.

Львинолап подошел к брату и лизнул его между ушами.

— Мне так жаль, что тебя не будет с нами, — шепнул он.

— Ты единственный, кто так думает, — процедил Воробушек.

— Ты отлично знаешь, что это неправда, — фыркнул Львинолап. — Ты сам виноват в том, что тебя оставили в лагере.

— Ну конечно! Просто Огнезвезду не нужен на Совете слепой кот.

— Почему?

— Потому что другие племена могут о нас плохо подумать, когда узнают, что в племени есть слепые оруженосцы.

«Неужели, правда?» — подумал Львинолап, но не успел ничего ответить, потому что над поляной разнесся зычный крик Огнезвезда.

— Мне пора бежать, — торопливо попрощался он. — Обещаю, что все расскажу, когда вернусь, — и со всех лап бросился догонять остальных оруженосцев, уже бежавших к выходу из лагеря.

Огнезвезд занял свое место впереди отряда и, коротко кивнув, первым вошел в узкий проход. Львинолап побежал следом за всеми, и сердце у него радостно затрепетало при звуке дружного топота лап по лесной земле. Пушистая шерстка Остролапки так и искрилась от волнения. В мгновение ока отряд Огнезвезда пролетел через туннель и очутился в лесу.

Миновав Небесный Дуб, они устремились вниз, к озеру. Береговая галька шуршала под их шагами. Острые камушки больно впивались в подушечки лап, но Львинолапу было все равно. Впереди уже показался выступающий из воды берег острова, заросший густыми деревьями. Их голые ветки вздымались к усеянному звездами небу и дрожали под ветром, словно кошачьи усы. От этого зрелища у Львинолапа захватило дух, и он замахал хвостом.

Когда отряд вступил на территорию племени Ветра, Огнезвезд замедлил бег, и его воины длинной цепью растянулись вдоль берега. Они миновали пастбище, где когда-то жила Ромашка, а потом вошли на территорию Речного племени, все время держась в пяти хвостах от воды, как было оговорено на Совете.

По мере приближения к лагерю земля под кошачьими лапами становилась все более топкой.