— Но Ма-И лучше, — говорит Ра. — Я же вижу!

Он везунчик, этот Ма-И! Дыхание у него потихоньку выравнивается и температура понемногу падает. Похоже, он, действительно, уснул — после такой дозы стимулятора обычно срубает очень чисто, особенно если не чувствуешь сильной боли. Если биоблокада не сожрёт вместе с вируснёй его родные антитела — можно сказать, Ма-И уцелел.

— Подожди радоваться, — говорю я. — До утра он доживёт, а дальше…

Ра хватает меня за рукав. Забылся, конечно. Переволновался.

— А, оставь! Не говори так… или ты боишься сглазить его? — и затыкается.

Очень хорошо.

— А ты всё болтаешь и болтаешь, — ворчу я самым горским и дикарским образом. — Лучше бы тоже поспал. Я посижу с твоим братом.

Ра приносит тюфяк из комнаты Ма-И и устраивается рядом с жаровней. Засыпает быстро — его отпустил ужас. Я поправляю фитиль в фонарике.

Видимо, в этом мире у меня такой принцип работы: чтобы вызвать доверие к себе, надо прийти на помощь в экстремальном случае. Может, если Ма-И выживет, мое положение в доме Л-Та изменится к лучшему, как знать…

Ра просыпается ни свет, ни заря — рывком. Вскидывается.

— Ник, Третий жив?

В окно, затянутое пергаментом, еле просачивается серенький утренний отсвет.

— Жив твой брат, жив. Спит. Ещё долго будет спать — ты его не буди. Он должен победить демонов во сне, понимаешь? — говорю я с компетентным видом.

Ра кивает, тихо встает, на цыпочках выходит из комнаты, прихватив свой меч и шерстяной плед.

Ма-И вправду спит. Он мне очень нравится: лицо уже не выглядит восковым, он дышит ровно, только чуть похрипывая, и жар потихоньку сходит — ещё температурит, но уже не сгорает заживо. Везуч, везуч! Похоже, ухитрился справиться с биоблокадой, когда она съела вирус.

Ну что можно сказать? Честно заработал себе ещё несколько лет — а там уж как выйдет. Молодец.

Ра возвращается вместе с Юу и Н-До. Вся эта компания тут же сооружает передо мной живую картину "Братская любовь" — как они смотрят на Ма-И, как осторожно дотрагиваются до его лба и щёк, чтобы прикинуть, спал ли жар! Воплощение заботы…

— Ник, — говорит Н-До, — ты можешь получить всё, что захочешь. От Матери с Отцом, от меня — только скажи, что тебе надо. Ты… а, Ник, ты нам всем Небесами послан! — и улыбается.

— Вы Ма-И только особенно не тискайте, — говорю. — Не разбудите. Он ещё не совсем здоров… Юу, руки убери! Пусть он спит себе. Ничего мне не надо, на самом-то деле. Этот парень — теперь родственник моей Госпожи, и всё тут. Теперь уходите, дайте брату отдохнуть.

Они проникаются до глубины души.

Проходит совсем немного времени. Ма-И ещё спит, а замок Л-Та уже поголовно в курсе, что я вытащил с того света Третьего Сына Князя горскими молитвами или как-то там ещё. Мне приносят "жасминовый чаек" и вафли в комнату Ра; лакей кланяется в пояс. Госпожа Л-Та приходит и смотрит с трагическим видом — ей страшно задним числом.

— Ник, — говорит она, пытаясь казаться строгой, — я прошу тебя впредь сообщать мне, если кто-то из моих детей оказывается в опасности. Мой Младший сверх меры щадит меня — ему следовало бы меня разбудить… Меня леденит мысль о том, что Третий мог оставить мир, когда я спала…

— Да ладно, — говорю я, — чего там… Всё же, слава Небесам, обошлось, Госпожа — вот и хорошо. Но вообще, я учту ваши слова, конечно.