|
Скорее всего ваш собеседник даже не очень поймет, о чем вы спрашиваете и чем вообще вызвано затруднение. Имена как имена, скажет он, почти такие же, как у людей! Беда только, не всякий чужеземец сумеет с первого раза правильно выговорить "Мхрглан" или "Чкврни-то". И еще голосом сыграть, где положено и как положено. А выговоришь неправильно - чего доброго, греха будет не обобраться. Либо до обиды дойдет, потому что "Белоголовый Храбрец" вдруг окажется "Мокроносым Теленком", либо самого на смех поднимут, тоже не лучше. Поэтому двух кобелей, поглядывавших друг на друга в нетерпеливом ожидании боя, зрители-горожане между собой называли большей частью просто: Черный и Рыжий. Благо один из бойцов был действительно облачен в мохнатую черную шубу, отороченную белоснежным мехом лишь на груди, лапах и шее. Второй от носа до хвоста переливался золотом и краснотой осенней листвы. В отличие от соперника, он уродился короткошерстным, и под шкурой при малейшем движении танцевали крепкие мышцы. Хозяева, заблаговременно сняв с питомцев ошейники, удерживали кобелей, обхватив их за мощные шеи. Непререкаемый вскинул руку и коротко повелел: - Пусть бьются! Доведись Рыжему с Черным встретиться вне Следа, где-нибудь посередине степи или на склоне холма, они вряд ли полезли бы в драку. Такими уж воспитали их люди, поколениями отбиравшие несуетливых, хранящих достоинство кобелей. С кем такому воевать на ничейной земле? Чего ради нападать на собрата, не покушающегося ни на хозяина, ни на его добро?.. Другое дело - Круг! Оба поединщика очень хорошо знали, зачем их сюда привели. Каждый привык считать Круг - своим. И никому не собирался уступать свое право. Две молнии, светло-рыжая и черная, одновременно ринулись навстречу друг другу и сшиблись посередине площадки. Сшиблись - и покатились единым клубком, в котором мало что смог бы рассмотреть самый стремительный глаз. - Славно начали, - тихо пробормотал Непререкаемый. Его собственный пес, невозмутимо лежавший у ног, приподнял голову и посмотрел на хозяина, соглашаясь с его словами. Потом потянулся мордой к руке. На его ошейнике свободного места не было от золотых бляшек. А лежал белоснежный красавец на целой стопке пестрых ковров, вытканных дивными мастерицами Шо-Ситайна. Согласно обычаям страны, такими ковриками, словно попонами, торжественно покрывают победителей великих боев. Затем коврики до самой старости служат прославленному бойцу ложем, и никто не смеет покупать их или продавать. На них он и умрет, когда придет его срок, и на них возляжет в могилу. И люди заплюют того, кто лишит постаревшую собаку заслуженной чести. Пес Непререкаемого был великим воином своего племени. Его ни разу не побеждали. Седобородый хозяин прекратил выставлять его на бои после того, как другие искатели славы два года подряд отказывались стравливать с ним своих кобелей. |
