Арабелла умоляюще посмотрела на Клэр, и та осеклась.

– Не понимаю, о чем ты, – Арабелла медленно провела кончиками пальцев по лбу. – Наверное, я слишком крепко спала – ничего не помню!

– И замечательно! – тоном жизнерадостной идиотки провозгласила Клэр, но тут же опять взялась за свое. Видимо, она во что бы то ни стало решила затащить их с Мелиной в какое-нибудь злачное местечко. – Я уже все рассказала Эмми… «Уже и Эмми», – поморщилась Арабелла. Ей вдруг захотелось поскорее расстаться с обеими и побыть одной. – Этот клуб будто бы создан для вас, – продолжала трещать Клэр. – Не понравится – тут же уйдем! Тем более, мы еще не обмыли твой новый костюм. – Она подмигнула Арабелле и решительно вышла из «деймлера».

Они оказались в просторном, вычурно оформленном холле клуба. Пересекая его, Арабелла время от времени вздрагивала, натыкаясь в царившей здесь полутьме на какие-то странные группы обнаженных женских манекенов. Да и полумрак был слишком уж нарочитым – тут и там были пристроены разнообразные ночники: в форме мерцающих рыбок, струящегося потока, полузакрытого цветка, но ярче других выделялась украшенная синей татуировкой женская грудь, сосок которой служил выключателем.

– Это еще что? – Арабелла подошла ближе и нажала на кнопку-сосок: свет замигал.

– Идем дальше? – улыбнувшись, спросила Клэр.

Они вошли в следующий зал.

На пороге Клэр задержалась:

– Имейте в виду: у нас только танцуют и обмениваются впечатлениями. Все остальное – потом и не здесь.

«Кто бы говорил!» – Арабелла все-таки ужасно злилась на Клэр, которая додумалась притащить на фуршет свою ирландку.

Взяв за руку молчавшую Эммелину, она вошла в зал.

Здесь тоже была полутьма, из которой им навстречу вышли двое – то, что это девушки, Арабелла узнала лишь тогда, когда Клэр назвала их по именам, попросив «Диану и Сьюзи» найти для них столик получше. Те повели их в сторону какого-то круглого желтого сияния. Когда троица, сопровождаемая странными спутницами с гладко выбритыми головами, выщипанными бровями и отсутствующими ресницами, подошла поближе, Арабелла увидела небольшую круглую эстраду. Она находилась ниже уровня пола, и, чтобы спуститься на нее, надо было, видимо, спрыгнуть вниз – никаких лестниц Арабелла не разглядела.

Звучала экзотическая, лунная музыка, которая не то чтобы усыпляла, но, казалось, вводила окружающих в транс – все, кто был в зале, самозабвенно покачивались, вместе с сидящими на светящемся изнутри круге бритоголовыми существами, одетыми в глухие, телесного цвета трико. Но вот они поднялись и начали сложный, вызывающе-странный танец, который возбуждающе контрастировал с неприступностью их одеяний. Отсутствие волос на голове и лице, бесполость туго обтянутых тел, экспрессивные, ничего не напоминающие движения – все это делало их похожими на инопланетян, занимающихся любовью.

Свет, идущий снизу, неестественно освещал всех посетительниц клуба – с любопытством озираясь по сторонам, Арабелла успела заметить, что в зале не было ни одного мужчины. Освещение утяжеляло подбородки и бедра, увеличивало носы и делало то, что принято называть нижним бельем, полноценной частью костюма.

«Странное заведение, – подумала она и аккуратно вскарабкалась на высокий стул. – Если бы я знала, какое здесь освещение, надела бы брюки».

Но стоило Арабелле перестать думать о том, как она выглядит, происходящее стало понемногу захватывать ее. Все вокруг – экстравагантный антураж, девушки-маски в зале и представление, разыгрываемое на сцене, – было похоже на кабаре. Не хватало только той бесшабашной атмосферы и всеобщего разбитного веселья, то есть того, за что она и любила время от времени бывать в кабаре.