Трент снял радиомаяк с мачты, привязал строп к доске и, волоча ее за собой, вскарабкался по причудливо изогнутому стволу. Потом перебрался на другое, вертикальное дерево, зеленая крона которого шумела метрах в десяти над его головой. Трент свободно обернул ствол веревкой, завязал ее концы вокруг щиколоток и полез вверх, как гусеница, – до первой ветки. Став в развилке, он дотянулся до следующего сука и начал взбираться выше, пока наконец не оказался хорошо укрыт в листве дерева. Там, на одной из веток, он установил радиомаяк и принялся втаскивать наверх доску. Трент вспотел и тяжело дышал, но доска была надежно спрятана в листве на высоте тридцати метров над землей. Включив радиомаяк, он спустился вниз и вернулся к тому дереву, которое склонялось над рекой.

Наводнение было вызвано сочетанием трех факторов – ветра, прилива и дождя. Теперь ветер стих, дождь прекратился, и, так как прилив быстро отступал, уровень воды опускался со скоростью более семи сантиметров каждые пять минут. Трент нырнул в реку, встал на дно и вытянул кверху руки. Итак, глубина – 2 метра 43 сантиметра. Вода спадает по одному метру в час. К четырем часам это будет два метра. К рассвету останутся только слой ила и лужи – а ведь деревня стоит выше. Но нужно иметь в виду, что здесь могут быть расставлены мины и капканы. Он оттолкнулся от берега и бесшумным брассом поплыл к ближайшему дереву, каждые несколько минут останавливаясь и прислушиваясь. Через полчаса он услышал в ста метрах впереди тихий разговор. Один человек что-то сказал, другой рассмеялся, и Трент услышал, как он помочился в воду.

Шаги удалялись, хлюпая по грязи. Похоже, селение пиратов располагалось где-то выше. Было три часа с минутами, значит, произошла смена часовых и сейчас здесь остался только один человек.

Трент попытался представить себе местность впереди. На склоне должны быть деревья, между которыми, вероятно, натянута проволока с ловушками. Скорее всего, имеются также какие-то укрепления, окопы, стена с минами вдоль нее, ямы-ловушки, вырытые в кустах. Часовой, наверное, лежит в укрытии. Может быть, есть и смотровая вышка, которая дает обзор вниз по реке. И еще один часовой должен быть на скале и вести наблюдение за самолетами.

Он совсем не собирался ждать Маноло Ортегу и его солдат. Скорее всего, женщину уже выкупили, но он не мог быть в этом уверен. Если же она все еще находится в плену, пираты убьют ее, как только раздастся первый выстрел. Он не мог идти на такой риск.

Единственный возможный путь к пиратской деревне пролегал по суше. Течение реки здесь было слишком сильным. В другое время он смог бы прутиком нащупать участок свежевскопанной земли в местах, где установлены мины. В этой же грязи, в темноте придется обнаруживать их с помощью собственного веса. При мысли об этом Тренту стало нехорошо. И он поплыл к следующему дереву.

Он плыл, как зверь, подняв голову, короткими быстрыми рывками, отталкиваясь ногами, чтобы удержаться на поверхности. Малейший звук мог выдать его – часовой был теперь метрах в пятидесяти от него. Он нащупал ветку и ухватился за нее, лежа на поверхности воды. Затем опустил руку и коснулся кончиками пальцев дна – речной ил пах тиной и гниющими водорослями.

Трент осторожно вытянул вперед руку: нет ли перед ним проволочки-ловушки? Не обнаружив ничего, он подтянул ноги, оттолкнулся от бревна и поплыл к следующему дереву. Опасаясь делать слишком резкие движения, он оттолкнулся довольно слабо – течение подхватило его и развернуло в обратную сторону, таща за собой на глубокое место.