Ортега не следил за ходом мыслей финансиста. Он усмехнулся и покачал головой.

– Вы говорили, что он англичанин. Но в его послужном списке, который вы получили из Лондона, мелким шрифтом было сказано, что его отец – ирландец, застрелился из-за недостачи в счетах. И такие недостачи бывали у него и раньше. А несколько месяцев спустя мать Трента разбилась на своем "Ягуаре", врезавшись в каменную стену.

Лекции по психологии были любимым предметом Ортеги – его интересовало, какие побудительные причины заставляют человека становиться террористом или бойцом за свободу. Проникните в сознание соперника, и у вас появится возможность перехитрить его. Таким образом он добился успеха в борьбе против мусульман в Минданао и в Басилане. Он понял, какие цели они преследовали. В случае с Трентом он не рассчитывал переиграть его, пока не узнал, что именно сэр Филип Ли оценивает в сто семьдесят тысяч долларов. Доля Ортеги в этой сумме составляла сто тысяч, и это было немало по меркам жизни на Филиппинах. Ортега симпатизировал Тренту, и это было неприятно, но не столь уж важно. Трент находился в бегах уже тридцать шесть часов. Усталость может принудить его ослабить бдительность.

У Ортеги затрещал радиоаппарат. Он поднес его к уху. Вулкан давал помехи, но он понял смысл доклада своего сержанта.

– Похоже, мой солдат умер от укуса змеи. Пожалуй, пойду взгляну на месте.

Ортега постоял минуту, глядя на мощные стволы деревьев, которые в сумерках казались сплошной стеной.

– Экологистами бывают только люди, которые любят джунгли, сэр Филип, – сказал он. – Они зарабатывают таким образом деньги – получают гранты. Живущие в джунглях туземные племена не имеют выбора – они здесь живут и не получают грантов. – Он сделал знак одному из своих людей следовать за ним и скрылся среди деревьев.

***

Трент укрывался за папоротниковыми зарослями на краю пиратской деревни. Над некоторыми хижинами еще курился дымок, и сильный запах горелой древесины перебивал запах серы, исходившей от вулкана. Ветер утих, и листва деревьев застыла в неподвижности.

Ортега прошел мимо обуглившихся куч соломы и скрылся в лесной чаще. За ним последовал один солдат. Возле вертолета остались пилот и три морских пехотинца. Телохранитель сэра Филипа Ли стоял в стороне от вертолета, откуда хорошо просматривались река и развалины хижин. Трент не видел самого финансиста, но предполагал, что тот стоит на деревянной пристани.

Слева наверху зияло отверстие пещеры в скале, напоминавшее черный глаз, из которого текли слезы. Трент вел наблюдение до самого наступления ночи, но не заметил часовых возле скалы. Смертельно хотелось спать, но он опасался пробираться по открытой местности между сгоревшими хижинами. Трент ожидал, что грохот вулкана заглушит его шаги, рассчитывал ориентироваться на свет извержения, планируя подойти под таким углом, чтобы не потерять способность ночного видения. Но как раз сейчас, как назло, вулкан был темным и молчал. Настоящее свинство с его стороны.

Он слышал вдалеке возню военных. Наверное, уже нашли тело убитого им солдата. Ортега пошел осмотреть труп. Многое ему узнать не удастся, во всяком случае без лабораторных исследований, хотя здесь важны не столько вещественные доказательства, сколько ощущение ситуации. Трент гадал: сказал ли сэр Филип Ортеге, что они охотятся за его собственной внучкой. Финансист вполне мог умолчать об этой подробности.

Трент взял у убитого солдата связку каната и три банки консервов. Он надеялся, что пища восстановит силы Джей и она сможет пройти через гору.

***

В ночной темноте показался колеблющийся свет ручного фонарика – это Маноло Ортега возвращался на деревянную пристань. Сэр Филип Ли был неподвижен. Он стоял, отстраненный и сдержанный, и ждал доклада Ортеги.

.