— С превеликим удовольствием, сэр. Может, стоит записать ваше имя в карточку прямо сейчас, пока в ней есть пустое место?

— Непременно! Видите, Уолтер и ваш брат уже скачут сюда, чтобы зарезервировать себе местечко.

Оба с хохотом встретили отставших всадников.

Как здорово возвращаться обратно вдоль пляжа, когда с одной стороны Анна, а с другой — Мадлен, думала Александра. Как здорово чувствовать себя беззаботной, окруженной друзьями! Ничего подобного она припомнить не могла. Сколько же она упустила в своей жизни! Ну почему она не приняла тогда предложение лорда Идена? С ним она могла полностью расслабиться. Ей было приятно находиться в его обществе. Как счастлива могла бы она быть здесь, если бы приехала сюда в качестве его невесты!

Хотя как посмотреть. Может, она чувствовала бы себя с ним совсем иначе, будь они помолвлены. Быть простой знакомой и другом совсем не то, что быть невестой. Вполне возможно, легкость в общении исчезла бы без следа, если бы она знала, что скоро должна стать его женой и ей придется разделить с ним все интимные стороны брака.

Вскоре ее беззаботному настроению пришел конец. Не успели они свернуть в долину, как она увидела скачущего им навстречу лорда Эмберли.

— Я, должно быть, сошел с ума. — Он подъехал к ней поближе, поприветствовав остальных. — Могло же мне прийти в голову, что я в состоянии в такое утро сосредоточиться на бухгалтерских книгах. Я все сидел и сидел и тупо взирал на колонки цифр, но они никак не желали проникать в мое сознание. Только зря время потерял.

— Мы целую милю по берегу проехали, — сказала Александра. — Я решила посоревноваться с лордом Иденом, но он меня обогнал. Правда, нечестно обогнал — пустился вскачь раньше меня, без предупреждения.

— В этом он весь. Ему повезло, что он с вами соревновался, а не с Мадлен. Насколько я понимаю, вы повели себя как настоящая леди, когда добрались до него. Мадлен наверняка накинулась бы на брата с кулаками.

Повисло неловкое молчание. Но на этот раз оно не было теплым и уютным, как с лордом Иденом. Александра поймала себя на том, что лихорадочно ищет тему для разговора. Она почувствовала, что снова напряглась и опять стала скучной и неинтересной. Она была настолько поглощена его близостью, что совершенно забыла о существовании скачущих чуть позади пятерых всадников.

— Значит, вы опытная наездница? — нашелся наконец лорд Эмберли. — Я не знал, насколько хорошо вы держитесь в седле, когда подбирал вам лошадь. Надо было спросить вас за завтраком. А что еще вы любите, Алекс? Я так мало о вас знаю.

— Музыку люблю, — ответила она, — и живопись. — Ей совсем не хотелось раскрываться перед ним. Ни к чему этому человеку знать о том, что творится в ее душе. Ей хотелось отгородиться от него.

— Музыку? — переспросил граф. — Вы играете? Или поете? Или предпочитаете слушать?

— Я играю на фортепиано, хотя особыми талантами не блистаю. Так, для себя играю.

Он улыбнулся:

— Я тоже играю. И с радостью покажу вам сегодня музыкальную комнату, Алекс. Мне так хочется услышать вашу игру. Но если вы хоть немного похожи на меня, то наверняка предпочтете играть без публики. Приходите туда, когда пожелаете.

— Благодарю вас. — Девушка заглянула ему в лицо. Неужели он понимает ее? И тоже любит побыть один? Она не вынесет, если он будет постоянно просить ее сыграть для него. Она просто не смогла бы сделать этого, и точка. Возненавидела бы музыку.

— А что вы любите рисовать? — не отставал он. — Боюсь, что кисти и краски не для меня. Мама обожает рисовать, хоть я и не понимаю почему. Похоже, ее попытки не столько доставляют ей удовольствие, сколько расстраивают.

— Я ее понимаю. Похоже, она настоящий художник, а не просто любитель.