— Как далеко оттуда до Дананга?

— Это в тридцати шести сотнях миль оттуда, значит, примерно шесть с половиной часов.

Хэнли вытащил ручку с блокнотом и начал что-то подсчитывать.

— Это будет совсем впритык, — наконец произнес он. — Там будет пересечение временных зон и дозаправка топлива, но все равно должно получиться.

— Мне зарезервировать самолет? — спросил Стоун.

Хэнли протянул ему листок из блокнота.

— Здесь нарисован план полета.

— Что-нибудь еще?

— Убедись, что наш человек в ВВС Вьетнама в курсе нашего плана и что у нас не возникнет никаких проблем с быстрой дозаправкой на их территории в Дананге, — сказал Хэнли.

— Это все?

— Соедини меня по секретной линии с Карамазовым, — ответил Хэнли. — Мне надо кое-что согласовать.

— Еще что-то? — проговорил Стоун, делая какие-то пометки в своем блокноте.

— Когда все будет готово, — сказал Хэнли, — скажи Труитту, чтобы заменил тебя, и иди, поспи немого.

— А как же вы сами, сэр?

— А я вздремну прямо здесь, — ответил Хэнли, — это как раз то, что я больше всего люблю здесь делать.

Далай-лама молился перед статуей Будды, когда Оверхольт вошел в комнату. Он тихо стоял и ждал, пока далай-лама поднимется с колен.

— Я почувствовал, как вы зашли, — сказал далай-лама, — вы выглядите счастливым.

Оверхольт спросил:

— Вы готовы вернуться?

— Да, — ответил далай-лама, — я очень этого хочу.

— Хорошо, — сказал Оверхольт, — это случится завтра.

— Вашим людям удалось достать «Золотого Будду»?

— Они это сделали, — сказал, кивая, Оверхольт.

— А им уже удалось найти тайник внутри статуи?

— Они как раз над этим работают, ваше святейшество.

Далай-лама довольно кивнул и улыбнулся.

— Я думаю, они справятся. И я уверен, что они сообразят, что делать после того, как им это удастся. — Он на минуту задумался. — Мне трудно в это поверить, — продолжил он, — что нечто, принадлежавшее моему народу столько лет, теперь станет нашим спасением.

— Мы еще не вернулись домой, ваше святейшество, — заметил Оверхольт.

Далай-лама улыбнулся и несколько секунд раздумывал над последними словами Оверхольта.

— Да, мистер Оверхольт, мы еще не дома — но мы непременно там окажемся. Жадность заставила Китай напасть на мою страну. И жадность освободит нас от них.

Оверхольт молча кивнул головой.

— Жизнь циклична, — продолжал далай-лама, — однажды вы тоже в этом убедитесь.

Оверхольт улыбнулся, и далай-лама начал двигаться в сторону выхода.

— А теперь, — миролюбиво произнес он, — я бы хотел, чтобы мои люди вас накормили. Вы, должно быть, сильно проголодались во время вашего путешествия.

В одиннадцать часов утра «Орегон» подошел к туманному побережью. Погода стояла потрясающая, это было затишье перед надвигающейся бурей. Небо было прозрачно-голубым, а поверхность моря была как зеркало. «Орегон» быстро дошел сюда от побережья Макао. На такой скорости он должен был прийти в Сингапур завтра к полудню. Значит, у побережья Бангладеш в Бенгальском заливе он будет около двух часов ночи в воскресенье.

И если все пойдет по плану, далай-лама снова получит власть в свои руки, а корпорация получит очень неплохие чаевые за свое вмешательство в эту историю.