— Одновременно огонь и спасение, — заметил По. — А что с похитителями детей?

— Машины как раз подъезжают по первому адресу, — ответил диспетчер. — Он проживает в северной стороне острова. Вторая группа подъедет через несколько минут.

— Держите меня в курсе, — приказал По, подходя к окну и рассматривая столб дыма, который был виден издалека.

Сидя на переднем сиденье лимузина рядом с Райесом, Баррет начал снимать с себя униформу охранного агентства «Редмэн». Под униформой у него оказались надеты светлые легкие слаксы и черная футболка.

— Ну как, Рик, что тебе понравилось больше — лично принимать участие в операции или наблюдать за происходящим по мониторам? — спросила его Хаксли.

Хаксли сидела на заднем сиденье в компании Ричарда Труитта. Она натянула голубой свитер без рукавов поверх своего кожаного одеяния и теперь вертелась на сиденье, стараясь под свитером избавиться от праздничной одежды. Как только это ей удалось, она вытащила из-под свитера черную блестящую кожу в заклепках и выбросила ее в открытое окно. Баррет наблюдал за этой операцией через зеркальце над рулем.

— Думаю, наблюдение за ходом операции на мониторе никогда так меня не захватывало, — признался он.

Труитт зажег свет в задней части пассажирского отсека лимузина, достал из маленького бардачка фальшивые усы и приклеил их себе на лицо. Когда это было проделано, он вытащил из того же отделения фальшивую челюсть и прицепил ее поверх своих собственных зубов. После этого он посмотрелся в зеркальце, чтобы оценить полученный результат. Втирая в себя серую жидкость из маленькой бутылочки, он заговорил.

— Сейчас они уже наверняка принялись разыскивать наши средства передвижения, — сказал он.

Райес дотянулся до груди и сорвал с себя водительскую униформу. Она легко соскользнула, и под ней оказалась надета еще одна рубашка. Оторвав с брюк фирменные лампасы, он разгладил образовавшиеся складки.

— Солнечные очки, — бросил он Труитту.

Тот передал их ему через сиденье. Райес надел их на глаза. В это же самое время Хаксли пыталась освободить свои ноги от кожаных штанов, когда ей это удалось, она достала из ящичка в задней части лимузина весьма консервативную юбку, которую опустила под сидение и натянула на себя. Сняв с глаз накладные ресницы, она взяла из рук Труитта пластиковую сумочку и, вытащив оттуда влажную тряпочку, принялась смывать с лица боевую раскраску.

— Похоже, мы готовы, — заметил Труитт.

Райес остановился на обочине, и все четверо выбрались наружу. Они разделились на две группы и двинулись по аллее по направлению к главному рынку. Лимузин остался стоять на обочине с открытыми настежь дверцами. Полиция обнаружит его не позднее, чем через десять минут. Но в лимузине не осталось ни одного опечатка пальцев, и там будет довольно сложно что-то найти, чтобы составить хороший рапорт.

Кабрильо нажал на кнопку, и дверь гаража медленно поползла наверх.

Как только фургон оказался внутри, дверь так же медленно поползла вниз. Все быстро вылезли из фургона.

— У вас есть инструкции для каждого, — быстро проговорил он, отвинчивая крышку от большого баллона, в котором хранились их смена одежды и подробные инструкции, — так что быстро переодеваемся и делаем ноги.

Вытащив папку, которая лежала поверх одежды, он отложил ее в сторону и начал быстро переодеваться. Как только все были готовы, он раскрыл папку и вытащил из нее стопку документов.

— Двое из вас проведут эту ночь в городе, — сказал он, вытаскивая паспорта и заполненные гостиничные формы.

— Мы не хотим привлекать лишнее внимание к «Орегону», которое непременно возникнет, если на борт будут постоянно прибывать разные лодки с людьми.