Он раздал несколько документов и внимательно посмотрел на группу.

— Что-то слишком быстро, — сказал он, услышав приближающийся вой сирены.

Кабрильо подбежал к раскрытому окну, но машина уже проехала мимо.

— Пожарная, — сообщил он. — Росс, должно быть, уже в безопасности.

Он вернулся обратно к группе.

— Отлично, парни, — сказал он. — Доведем дело до конца.

Выйдя друг за другом через входную дверь, каждый пошел своей дорогой.

Прайор направил катер вокруг южного полуострова, затем взял курс туда, где на якоре стоял «Орегон». Росс подошла и встала на свободное пространство между двумя сиденьями около штурвала.

— Как у него дела? — спросил Прайор.

— Не слишком хорошо, — ответила Росс. — Он потерял немного крови и кусочек уха.

— Ему очень больно?

— Конечно, это чертовски больно, — ответил Райнхольт.

— Нам надо связаться с «Орегоном», — сказал Прайор, — чтобы они подготовили медикаменты и все необходимое.

— Мы в радиоизоляции, — заметила Росс. — Власти могут прослушивать нашу частоту.

Прайор обернулся и посмотрел на своего поверженного друга. Райнхольт грустно улыбнулся.

«Орегон» ведь принимает любую частоту? — спросил Прайор.

— С земли, с воздуха и с моря, — согласилась Росс.

— И мы должны соблюдать тишину на частоте моря.

— Верно.

— Но вертолет может разговаривать, потому что если он будет молчать, то воздушный контроль решит, что что-то не так, правильно?

— Ага, — ответила Росс, внезапно сообразив, к чему он клонит.

Прайор снял переговорное устройство со своего ремня.

— Иногда он работает на авиационной частоте.

Росс выхватила рацию у него из рук и включила сканер. Через несколько секунд над их головами пролетел частный лайнер, и Росс смогла расслышать, как нилот получает последние инструкции. Нажав на громкую связь, Росс послала сигнал вертолету. Несколько минут тому назад он приземлился и высадил в поджидавшую машину Спенсера и Крэбтри. Он только успел развернуться, как услышал сигнал. Еще две минуты — и он бы оказался вне зоны досягаемости.

— Борт два-четыре, луч — X, альфа, — сказал он, — вперед.

— Шесть-три, ответьте, один — Индио, — произнесла Росс, перекрикивая рев двигателей.

Шестьдесят три был идентификационный номер Росс; Индио — был код для обозначения раненого члена команды.

На борту «Орегона» Хэнли схватил в руки микрофон.

— Борт четыре-два, луч — X, альфа, вас понял, продолжаю прием. Шесть-три, один — Индио.

— Восемь-четыре.

— Достаньте мне файл на восемь-четыре, — заорал Хэнли оператору, который вывел данные Райнхольта на экран компьютера. Его группа крови находилась в самом верху списка.

— Шесть-три, вас понял, — ответил Хэнли.

— Шесть-три, ЕТА в пять.

Росс три раза нажала на кнопку.

— Прибавь газу, — закричала она.

— Спустись в больничное крыло и проверь банк крови, — сказал Хэнли, уставившись в экран компьютера, — нам нужна АБ резус положительный, чтобы была наготове.

— А ты, — сказал он другому оператору, — иди на палубу и наблюдай за прибытием Линды через прибор ночного видеонаблюдения.