|
Но профессор как будто оглох. В отчаянии шаря глазами по стенам и потолку кивы, он без разбору хватал сосуды, стоявшие повсюду, и швырял их под ноги. Горечь разочарования жгла его изнутри. Запнувшись, Блейк упал и тяжело поднялся на ноги. Все его надежды пошли прахом, и Арон не мог найти в себе сил смириться с данным фактом. Невидящий взгляд его наткнулся на Бонаротти. Итальянец замер у самого входа. Серое от пыли лицо выражало недоумение и растерянность. Профессор перевел глаза на Слоан. В какое-то мгновение ему показалось, будто она лишилась рассудка. Судя по ее сияющему виду, происходящее девушку ничуть не расстроило. 57 Холодный влажный ветер шевельнул волосы на лбу. Она никак не могла сообразить, сколько времени провела в забытьи. Одно лишь не вызывало сомнения — Нора пролежала здесь долго, очень долго. Воспоминания о случившемся медленно оживали в сознании. Голова отчаянно болела, она хватала воздух ртом, пытаясь вдохнуть полной грудью. На спину навалилась какая-то страшная тяжесть. Пошевельнувшись, Нора спихнула с себя груз, и в пещеру проник тусклый свет. Рев, наполнявший пространство каньона, сменился глухим мерным рокотом. А может, все звуки приглушала вода, попавшая ей в уши? Распрямив затекшие ноги, она с трудом повернулась. Массой, придавившей ее ко дну пещеры, оказалось тело Смитбэка. Журналист лежал на боку, не подавая признаков жизни. Изорванная рубашка обнажала покрытую синяками грудь. В пещере царил полумрак, однако Нора, склонившись на Биллом, с содроганием разглядела его спину, превратившуюся в сплошную рану. Бешеный поток пронесся мимо их ненадежного укрытия, и Смитбэк, заслонив ее своим телом, принял на себя удар взбесившейся воды. Она осторожно припала ухом к груди журналиста. Сердце билось. Слабо, но все-таки билось. Сама не сознавая, что делает, Нора принялась целовать холодные руки и лицо. Веки журналиста слегка дрогнули, приоткрыв мутные остекленевшие глаза. Взгляд постепенно обретал осмысленность. Губы беззвучно шевельнулись, а лицо исказила гримаса боли. Нора высунулась из темной пещеры. Мутный поток, вздымаясь и опадая, катится примерно в пяти футах под ними. Она судорожно сглотнула. После первого натиска стихии уровень воды в каньоне, несомненно, понизился, но сейчас он снова медленно поднимался. По каменным стенам бежали многочисленные ручейки. Вероятно, над долинами шел проливной дождь. Сумрак царил не только в их укрытии. Темнота сгущалась повсюду — близился вечер. Следовательно, без сознания Нора пролежала несколько часов. — Можешь сесть? — обратилась она к Смитбэку. Стоило ей заговорить, виски пронзила острая боль. Журналист, морщась и тяжело дыша, попытался шевельнуться. Капли крови выступили на его груди и спине. Нора помогла ему принять сидячее положение и осмотрела раны. — Ты спас мне жизнь. — Она сжала руку Билла. — По-моему, говорить о спасении жизни еще рановато, — прошептал он одними губами. Нора снова высунулась из пещеры и посмотрела наверх, выискивая углубления и выступы. Каменная стена оказалась совершенно гладкой, выбраться по ней из каньона не представлялось возможным. Но оставаться здесь они тоже не могли. Ночь, проведенная в пещере, несомненно, приведет к самым печальным последствиям. Смитбэк рискует погибнуть от переохлаждения. К тому же уровень воды может запросто подняться до их убежища. Она беспомощно озиралась по сторонам, не в силах найти выхода. Как ни прискорбно, но в их распоряжении имелся лишь один способ вырваться из проклятого каньона. Довериться стихии и надеяться на лучшее. |
