— Полагаю, на этом отношения между Филой и Ником закончатся, — заметила Хилари вслух. — Ник слишком умен, чтобы теперь держать ее рядом.

Элеанор медленно кивнула.

— Естественно, она совершенно не в его вкусе.

— Было бы довольно неловко, если бы она стала членом нашей семьи.

— Очень неловко. Но, полагаю, вряд ли когда-либо существовала вероятность того, что Ник действительно на ней женится. В этом не было необходимости, за исключением того, что женитьба являлась единственным способом получить у нее эти акции.

— Ну, это очень все упрощает, — произнесла Хилари, надеясь, что права. — Теперь вы и Дэррен сможете принять необходимое решение.

— Да, конечно, дорогая. Мы с Дэрреном хотим только лучшего для «Каслтон и Лайтфут».

— И для карьеры Дэррена, — с намеком добавила Хилари.

— Естественно. — Элеанор удовлетворенно улыбнулась. — Этот сбор средств в поддержку его кампании прошел так хорошо, не правда ли?

— Это определенно был успех. — Хилари вспомнила сцену в дамской комнате и чуть было не швырнула об стену тонкую фарфоровую чашку.

— Я слышала, что даже Барбара Эпплтон и ее муж выписали внушительный чек. — Элеанор нахмурилась. — Странно, правда? Мне всегда казалось, что Барбара придерживается таких крайне либеральных взглядов. Я удивлена, что она проявила интерес к вложениям в кампанию республиканцев. Вики сказала, что это имеет какое-то отношение к вопросам социального обеспечения детей.

— Ну, вложение есть вложение. Какая разница, откуда оно исходит, правда?

— Правда, дорогая. Возможно, Барбара наконец уловила суть дела. Ведь мой сын все-таки собирается осуществить значительные перемены в нашем штате, а победителя все захотят поддержать. Кто знает, как высоко сможет подняться Дэррен и чего он добьется в будущем?

— При условии, если за ним будет семья и деньги семьи.

— Вне всякого сомнения, дорогая. Еще чаю?

— Черт побери, что это о себе думает эта болтливая мерзавка? — Голос Рида звучал так громко, что Нику приходилось держать телефонную трубку на некотором расстоянии от уха.

— В первую очередь поступает вопреки моим точным инструкциям. — Никодемус жевал крекер, на котором было намазано немного сыра.

Фила только что вернулась после своего ежедневного набега на рынок Пайк-плейс. Каждый раз, когда она туда направлялась, она открывала новый и все более экзотический сорт сыра. Он не знал, как называется именно этот сорт, но от него сильно несло козлом.

— Ну, и что же, черт возьми, ты собираешься делать на собрании без ее акций?

— То же самое, что и раньше собирался делать. Буду пытаться, чтобы меня выбрали исполнительным директором «Каслтон и Лайтфут».

— Бог ты мой, да она немного чудная, правда?

— Только в некоторых отношениях. — Ник поднял глаза на Филу, которая вошла в комнату с двумя бокалами вина. — В других она вполне предсказуема.

— Да она тебя с ума сведет.

— Да, знаю. Наверное, мне суждено нести этот крест. — Он взял из рук Филы один бокал. Она села рядом с ним, скрестив под собой ноги. Он улыбнулся при виде ее брусничного цвета блузки и бирюзовых брюк.

— А что ты будешь делать, если не победишь Хилари? — спросил Рид уже более спокойным голосом.

— Ты не забыл, что у меня есть другая работа?

— Не забыл. А как насчет Филы? Она поедет с тобой на эту другую работу?

— Конечно.