— Ей следовало подумать о возможных последствиях до того, как она ему позвонила.

— В одном я уверена. Мы не можем позволить Нику забрать руководство из рук Хилари, — заявила Виктория.

— Это могло бы осложнить положение. С другой стороны…

— Нет. — Виктория уставилась в потолок. — Это все погубит. Элеанор утверждает, что нам нужно, чтобы у руля оставалась Хилари, пока начинается твоя политическая карьера. Может быть, когда-нибудь в будущем Ник сможет вернуться, но не сейчас.

— Беда с Никодемусом заключается в том, что он сам принимает решения и слишком поздно ставит об этом в известность других.

Элеанор сделала глоток шерри и посмотрела в темноту. Она начала думать, уж не совершила ли серьезную ошибку, когда привлекла Ника к этой ситуации. Наблюдая за ним сегодня за ужином, она поняла, что больше не может быть уверена в том, что он поступит именно так, как она хотела.

Элеанор умоляла его забрать у этой никому не известной женщины акции, которые оставила ей Крисси, и не сомневалась, что Ник получит их назад. Ведь он все-таки член семьи и способен на чудеса, когда речь идет о бизнесе.

Но ей было уже достаточно лет, чтобы понимать: чудеса не совершаются бескорыстно. Что же такой волшебник может запросить в качестве платы за то, что вырвет акции из рук Филадельфии Фокс? «Возможно, — думала Элеанор, — Каслтоны все равно их потеряют. Возможно, Ник получит эти акции для себя и их использует».

Она попыталась представить, что он будет с ними делать, и все варианты приводили к одному важному выводу: если Ник вернулся, чтобы остаться, он избавится от Хилари. Они не могут сосуществовать длительное время. Слишком сильное напряжение, возникающее между ними.

Но чтобы снова получить контроль над фирмой, Нику понадобится большее количество акций, чем то, что принадлежит сейчас Филе.

Элеанор была вынуждена признать, что, если Нику удастся избавиться от Хилари и взять на себя руководство фирмой, это серьезно подорвет шансы Дэррена на успешное начало политической карьеры. Никодемус не проявлял никакого энтузиазма по поводу губернаторской кампании Дэррена, а чтобы победить на выборах, понадобятся деньги обеих семей. Деньги и свобода вести активную кампанию.

Ничто не должно помешать Дэррену.

«Он гораздо больше мужчина, чем когда-либо был ты, Бэрк, даже несмотря на то, что никогда бы этого не признал. И это, вероятно, одна из причин, по которой ты всегда был так строг с ним и никогда не давал ему покоя. Ты видел в нем соперника, правда? И очень скоро у него в руках будет такая власть, о которой ты даже не мог мечтать. Он будет следующим губернатором нашего штата», — произнесла Элеанор внутренний монолог, адресуя его покойному мужу.

Женщина отвернулась от окна и оглядела свою спальню в федералистском стиле со старинным туалетным столиком тонкой работы, высоким изголовьем и искусной драпировкой. Последнее время она чувствовала себя в этой комнате гораздо счастливее. Она приказала вынести все вещи Бэрка, утверждая, что напоминания о нем вызывают у нее грусть. Все приняли это объяснение, не подвергая сомнению.

На самом же деле в день смерти Бэрка она испытала невероятное облегчение. Она наконец почувствовала себя свободной.

Однако Элеанор была далеко не свободной. Теперь она это поняла. Никто из них не был свободен.

«Ты так это планировал, Бэрк? Ты был бы счастлив, если бы знал, что мы все еще расплачиваемся за твои жестокие игры. Мне следовало знать, что ты найдешь способ причинить нам боль, даже когда будешь уже в могиле».

Она могла представить, как бы смеялся муж, увидев, что его близкие сражаются с неприятностями, которые он создал. Некоторым людям суждено идти по жизни, разбивая счастье остальных.