Когда Канакаммал босиком, двигаясь как можно тише, явилась туда, хозяина в комнате не оказалось. Не отходя от дверного проема, она осторожно огляделась. Его нигде не было видно. Тут раздалось покашливание — Брайант находился на веранде. Она двинулась к выходу, и поскрипывание половицы выдало ее появление прежде позванивающих на щиколотках колокольчиков.

Он сидел на стуле, у самой стены, откинувшись назад. Кресло и хозяина заливал яркий лунный свет, придававший его фигуре странную призрачность. Канакаммал замерла. Он был полуголый, снял смокинг, свисавший теперь с перил веранды, подтяжки падали с талии, а галстук-бабочка небрежно болтался на голой шее. Брайант расстегнул рубашку до пояса. Его прекрасная кожа, казавшаяся еще белее в мягком свете ночи, была очень чувственной, безупречной. Канакаммал отвела взгляд, но уже было поздно. За эти несколько мгновений она впитала все, что можно было узнать о его скульптурном теле. У нее мелькнула мысль, что мускулы у него на животе такие твердые из-за бокса. Гангаи рассказывал, что мастер Брайант участвует в шахтерских соревнованиях по боксу и в этом году рассчитывает выиграть главный приз.

Она инстинктивно перевела взгляд на костяшки его пальцев, но в слабом свете разглядела мало, разве что огромные руки. Девушка не сомневалась в том, что эти большие ладони вполне могут обхватить ее талию…

— Принеси стакан сюда, — бросил он. — Я тебя не съем.

— Прошу прощения, сэр.

— Кан… Кана… — Он издал звук, явно выражающий отчаяние.

— Канакаммал, сэр, — негромко подсказала она, ставя стакан на стол.

Метнувшись назад, девушка инстинктивно подняла паллу — конец сари, прикрыла волосы, хотела было спрятать и лицо, но удержалась. Стоя в тени, она оставалась для него почти неразличимой.

— Я каждый раз мучаюсь с твоим именем. А покороче варианта нет?

Канакаммал смотрела на него, не понимая, что он имеет в виду.

— Ну, какого-нибудь семейного имени или прозвища?

— Я не понимаю, сэр.

Его улыбка была печальна. Он провел рукой по волосам. Прядь упала на лоб и чуть прикрыла один глаз. Так вид у него стал еще более лихой.

— Значит, мы оба не понимаем. Не обращай внимания. Ты привыкнешь к тому, что я искажаю твое имя. А может, мы придумаем для тебя новое.

— Да, сэр, — сказала она, отступая еще дальше в тень и наблюдая за тем, как он наливает щедрую порцию виски и тут же, не останавливаясь, чтобы вдохнуть, опрокидывает ее.

Когда напиток дошел по адресу, Джек издал болезненный звук, вздохнул и принялся наливать следующую порцию.

— Больше ничего не нужно, мистер Брайант, сэр? — Она понимала, что сейчас будет, сотни раз видела, как это происходит с мужчинами, когда они топят свои печали или просто реальность в вине.

— Нужно. Поговори со мной, — к ее удивлению, ответил он. — Побудь здесь несколько минут, по крайней мере пока я не напьюсь.

Девушка растерялась, не знала, что говорить или делать. Больше всего ей хотелось убежать, но она не могла в первый же вечер подвести родителей.

— Напьетесь? — повторила Канакаммал, чувствуя себя глупо, не зная, какое поведение в этом случае будет правильным.

— Я намерен прикончить эту бутылку, — сообщил он.