С восхитительным самообладанием Mapa поставила чашку на стол и воззрилась на Амариллис.

— Я вас прекрасно поняла, моя дорогая, — ответила она. — Уверена, вам известно так же, как и мне, насколько воспоминания о прошлом могут подчинить себе человека. А я не хочу постоянно напоминать Николя о том времени, когда мы были счастливы, — закончила Mapa, поднимаясь.

— Вам нужна помощь при сборах, мадемуазель? — поинтересовалась разъяренная Амариллис.

— Нет, спасибо. Надеюсь, вы устроите мой отъезд?

― Не беспокойтесь, мадемуазель О'Флинн, я лично прослежу, чтобы на яхте вам отвели отдельную каюту, — заверила хозяйка.

— Вы очень добры, мадам, — с улыбкой заметила Mapa.

Амариллис посмотрела вслед удаляющейся Маре и разозлилась оттого, что понимала свое поражение в этой беседе. Однако Mapa оставляет Сандроуз и Николя. А это главнее!

Глава 15

Тебе не скрыться от моей любви!

И даже если я умру,

Она пойдет с тобой по жизни дальше.

— Да уж, это не отель «Сен-Луи»! — пробормотала Джэми, недовольно разглядывая бедную комнатку с обшарпанными стенами, треснувшей раковиной и дешевой мебелью. — Даже в портовой гостинице Дублина такого не увидишь!

Mapa укоризненно посмотрела на Джэми и ничего не ответила. Номер действительно ужасен, но ни на что более приличное им рассчитывать не приходилось. В кошельке у них было всего несколько долларов, которые тоже предстояло отдать в уплату за гостиницу. Mapa опустилась на край постели и обхватила голову руками. Если у них едва хватило денег, чтобы снять эту комнатушку в трущобах, то как они купят билеты на пароход? Она почувствовала, что Пэдди робко присел рядом.

— Мне здесь не нравится, Mapa, — печально заявил он. — Почему мы не остались с дядей Николя? Я даже не попрощался с ним. Вдруг он на меня обидится за это? Я бы обиделся, исчезни он, не попрощавшись. Как ты думаешь, он все еще меня любит?

— Ну конечно, — ласково обняла его Mapa. — Он понимает, что мы должны были уехать и что ты не попрощался с ним только потому, что он болел.

— А почему мы должны были уехать? Разве мы больше не нужны дяде Николя? — со слезами в голосе спросил мальчик.

— У него своя жизнь, Пэдди, а у нас своя. Мы должны вернуться в Лондон, туда, где наш дом. Тогда все будет хорошо, — заверила она его, не обращая внимания на насмешливое фырчанье Джэми, и поднялась, деловито оглядев их дорожные сундуки, сложенные в углу. — Сегодня уже поздно, а завтра я попробую раздобыть денег на билеты.

— И как же вы намерены это сделать, мисс?

— Можно продать мои драгоценности, — ответила Mapa после минутного раздумья.

Джэми пренебрежительно хмыкнула, выражая таким образом неверие в успех этого предприятия. Она направилась к своему сундуку, открыла крышку и принялась в нем рыться. Mapa в недоумении следила за тем, как женщина, кряхтя, разогнулась и протянула ей кожаный мешочек.

— Не спешите продавать драгоценности, мисс. Я хорошо знала натуру мастера Брендана и хранила это на тот случай, если понадобится вытаскивать его из беды. Найдя золото в Калифорнии, Брендан сделал мне этот щедрый подарок. Он всегда сорил деньгами! Теперь, я думаю, пришло время пустить их в дело, — заявила Джэми не терпящим возражений тоном.

— Джэми, — прошептала Mapa, до глубины души потрясенная ее великодушием, и заключила свою старую служанку в объятия.