— Неужели он действительно думает, что стал владельцем Бомарэ? — задумчиво вымолвил Николя.

— Он не ведает, что творит, Николя! — с отчаянием в голосе воскликнул Этьен. — Он одержим маниакальной идеей, это же болезнь! Подумать только! Как можно вынудить тебя столько лет жить с сознанием того, что ты безвинно понес жестокое наказание! У Алана холодное, черствое сердце. Он так надеялся, что Филип сделает его наследником Бомарэ! Но как только твой отец узнал правду, то без малейшего колебания решил отторгнуть от себя Алана, как ампутируют ногу, пораженную гангреной. Алан пережил в этот момент глубокое потрясение и свихнулся окончательно. И это неудивительно — разве может уцелеть рассудок в человеке, убившем своего отца! И что в итоге? У него не было завещания, а значит, доказать свои права на поместье он не мог. А тут еще Селеста вознамерилась продать Бомарэ. Представляю, как он обрадовался, когда ты появился и помешал своей мачехе совершить этот шаг! У Алана появилось время на то, чтобы все-таки найти завещание, что он и сделал. Ты понимаешь, что он мог убить тебя еще сегодня утром возле дамбы? Это же очень удобно, все можно было списать на несчастный случай. Бедный Алан, как мне жаль его! Все же я отношусь к нему как к сыну, хотя в его жилах и нет моей крови, — прослезился Этьен.

— Не требуйте от меня жалости к нему. Он разрушил мою жизнь, уничтожил семью и дом. Я никогда не прощу ему этого, — твердо возразил Николя, и Mapa прочла в его глазах желание немедленно вернуться в Бомарэ и убить Алана.

В этот момент экипаж резко сбавил скорость и с трудом потащился по разбитой дороге. Николя выглянул в окно и увидел, что колеса по самую ось вязнут в жидкой глине. Довольно быстро лошади совсем выбились из сил и стали. Николя открыл дверцу и спрыгнул на дорогу, причем ноги его по щиколотку ушли в грязь.

— Как вы себя чувствуете, моя дорогая? — с глубоким состраданием в голосе спросил Этьен Мару.

— Прекрасно, не беспокойтесь. — Mapa ободряюще улыбнулась ему. — А вот вы страдаете гораздо сильнее. Прошу вас, не тревожьтесь обо мне.

— Смотрите, там вода! — вдруг закричал Пэдди, высунувшись в окно. В это время начался мелкий, но сильный дождь.

— Мастер Пэдди! — строго обратилась к нему Джэми. — Немедленно сядьте на место.

Но Пэдди не обратил на ее слова никакого внимания и продолжал смотреть на Николя, возвращавшегося к экипажу, с трудом передвигая по грязи ноги. Через миг его плечи заняли весь дверной проем.

— Дорогу в низине залило, — сообщил он. — Лошади отказываются идти дальше. Я возглавлю колонну, так как без моей помощи слугам не обойтись. Если в экипаж попадет вода, не бойтесь и сидите спокойно. Участок; залитый водой, небольшой, и мы быстро его преодолеем. — Он встревоженно взглянул на Мару, захлопнул дверцу и ушел.

Дойдя до границы воды, Николя пожалел, что рядом с ним сейчас нет Шведа, чья богатырская сила могла бы оказаться очень кстати. Зажав в руке повод первой лошади, он решительно шагнул в воду и медленно двинулся вперед, нащупывая дно и удерживая равновесие, чтобы не поскользнуться на глине.