- Можем идти. Я недавно горло прополоскал. Надо втягиваться.

- Пока втянешься, успеешь вытянуться.

Учти, потеря воды вырубает человека мгновенно. Первый признак обезвоживания организма - отсутствие позывов остановиться у кустика.

- Разве не наоборот?

Демин был удивлен. Прирожденный горожанин, он никогда не испытывал настоящей, изнуряющей жажды.

После недолгого привала, вдоволь напившись и отдышавшись, они двинулись дальше.

Буковый лес на склонах гор выглядел мрачно, недружелюбно. Под его сводами не росла трава, и на серой почве виднелись белые нити какой-то плесени. Запах прели и жаркая сырость поднимались от земли. Здесь, должно быть, недавно пролился дождь, и лес еще не успел просохнуть.

Плохой обзор заставил группу рассредоточиться. Теперь двигались широкой цепью, готовые к любым неожиданностям. Переговариваться Крюков запретил категорически. Рации у всех работали только на прием. В случае обнаружения опасности разрешалось щелкнуть тумблером. Щелчок отдавался в наушниках всех членов группы. Соблюдалось правило: опасность впереди - один щелчок, сзади - два.

Если не считать трех кратковременных привалов, то группа провела в пути пять часов. Однако далеко за это время уйти не удалось. Когда стали устраиваться на ночлег, хребет, который они преодолели, лежал почти рядом.

Для первой ночевки Крюков выбрал лысую высоту. Группа рассредоточилась среди камней таким образом, чтобы контролировать сразу все склоны. При кажущемся неудобстве расположение давало немалые преимущества.

Для того чтобы окружить группу, потребовались бы слишком большие силы, которых в глуши, где Крюков проложил маршрут, у противника не имелось.

На всякий случай еще засветло в местах, наиболее удобных для подъема к вершине, Мишин натянул проволочные растяжки, соединив их с осветительными ракетами.

Костра не разжигали. Ужин был холодным.

После ужина Крюков поднял руку, привлекая к себе внимание. Все уже заметили, что этот жест у командира был стойкой привычкой, которую могло выработать только долгое участие в делах, требовавших скрытности

- Прошу внимания. - Крюков говорил негромко, заставив всех сдвинуться в кружок. - Думаю, пришло время до конца обговорить финансовую сторону нашего дела.

Подряд мы взяли на срок в две недели из расчета выплаты двадцати тысяч каждому. Досрочное выполнение задачи гонорар не снижает. Сразу скажу - я получаю тридцать тысяч.

Из отпущенных нам ста пятидесяти тысяч в резерве остается сорок. Куда они пойдут, я доложу позже. Вопросы?

Вопросов не последовало. Как ни странно, выступая в роли наемников, товарищи по операции не имели достаточного опыта в ведении финансовых дел и словно стеснялись разговоров о деньгах. Их долгая и верная служба за гроши оставила ясно видимый отпечаток в психологии каждого.

Крюков легко понял причины такой стеснительности и показной незаинтересованности и улыбнулся. Сам он достаточно повоевал по найму и знал, как при заключении контрактов опытные "солдаты удачи" торгуются за каждый цент или пенни.

- Вопросов нет, пойдем дальше. Вся сумма, предназначенная нам, уже внесена на специальный счет в цюрихском отделении Швейцарского народного банка. Номер счета включает в себя пять групп чисел. Первая группа - три цифры. Через тире - вторая. В ней две - цифры. Далее, через тире - опять три. Потом точка. Заметьте - она очень важна! За ней группа из трех очередных цифр. Опять точка и одна цифра. Итого, если кто-то не сосчитал, в шифре двенадцать знаков. До конца операции мне известны только шесть: три из первой группы, три - из последней. Запомнить их нетрудно. Три, два, один. Затем в обратном порядке - один, два, три. Остальные шесть цифр нам будут переданы после выполнения задачи. Место, где произойдет встреча со связником, - хорватский город Сплит.

Крюков помолчал, ожидая вопросов. И опять их не последовало.