|
И приказал не приближаться не только к его дому, но и к городку, где я родился и провел детство. Поэтому когда в ряды учеников поступают новички, которые, вероятно, станут новыми некромантами, придя на смену своим учителям, у меня разрывается сердце. Потому что я знаю, какое существование их ждет. Я до сих пор не могу простить себе, что погубил судьбу Тейна. Тот парень мог жить прекрасной жизнью, сделать успешную карьеру мага-хирурга… а вместо того он станет объектом всеобщей ненависти.
— Как же выбирают учеников? — Когда по каким-либо причинам освобождается место ученика, рассматриваются все возможные кандидатуры молодых магов. Главными требованиями являются честность, благородство, храбрость, честь, ум и, конечно, отсутствие мстительности и жажды власти. Обычно нам с этим помогает ректор университета магии, который рекомендует достойные, по его мнению, кандидатуры. Но решает именно Совет Сотни. Заключительную точку ставит сам глава некромантов, то есть я. После этого у мага последний раз спрашивают согласия, и если он его дает, его посвящают в ученики некроманта. Тот учит его тонкостям Покровительства Смерти, а умирая, передает ученику свой последний вздох. — Что за тонкости? — Их не так уж много, но все они требуют определенных навыков. Да и большинство знаний утеряно, и мы даже не знаем многих своих возможностей. Хотя сама боевая магия мало связана с нашей силой, просто у нас много энергии и магия значительно сильнее. Соответственно, мы имеем некоторые специально разработанные заклинания, на которые у магов стихий просто не хватило бы сил. В целом, среди особых возможностей — способность видеть сам последний вздох; прикосновение смерти, которым мы можем ускорить смерть в случае, если умирать человек должен долго; также мы чувствуем чужую смерть, что помогает находить несчастных на смертном одре. Как видишь, только необходимые некроманта мелочи. — И все? — А ты думала, мы устраиваем кровавые жертвоприношения, вызываем духов умерших и оживляем трупы? — Ларгус снова улыбнулся. — И в этом мире мертвые безмолвно хранят свои секреты. Поэтому если чей-то дядюшка не успел перед смертью раскрыть место, в которое зарыл фамильные бриллианты, бежать к некроманту и просить временно оживить труп или хотя бы вызвать душу все равно, что требовать кирпич выиграть заплыв на Чемпионате Мира. Знаю, некоторые крестьяне любят списывать на нас появление зомби неподалеку от их родного дома. Но это уже дело рук какой-то сильной нечисти вроде лесной ведьмы. А избавиться от таких «подарочков» мы можем так же, как любой маг или просто честный гражданин: огнем или упокоевающим заклинанием. Но разве можно объяснить это толпе, которая живет по шаблону: «там белое, а там черное, и ни о каких компромиссах не может быть и речи»? Да, по закону они должны выказывать нам уважение и не мешать принимать последний вздох. Но за моей спиной зачастую выливается столько яда, что хватило бы на пол Ануары. Конечно, нельзя их за это попрекать. Особенно, если вдобавок ко всему вспомнить времена войны Магии и Огня. Тогда на оккупированных территориях некроманты враждебных королевств, в сотни раз превосходящие по силе магов стихий, устраивали зверства, которые забудутся нескоро. Я не знала, что сказать на это. Хотелось начать долго и нудно доказывать Ларгусу, что люди же должны видеть разницу между вражескими оккупантами и собственными соотечественниками; понимать, что он не убивает людей, а лишь вдыхает их последний вздох. Если же ускоряет смерть, то неизбежную. И рано или поздно наступит время, когда отношение к некромантам пусть не сразу, постепенно, но изменится… Вот только беда в том, что я сама прекрасно понимала: это неправда. Когда люди руководствуются только суеверным страхом, ничто не сможет убедить их в обратном. Возможно, произойдет что-то, что заставит уйти лютую ненависть. |
