— Будьте как дома. Вперед.

В узкой, словно пенал, комнатке стояли длинный стол, десяток стульев да заваленная бумагами этажерка. За столом устроились пятеро. Шестой — знакомый уже Гектору Красавец — стоял у окна и «шпионил» за мозамбикским посольством. Когда открылась дверь, он несказанно оживился:

— Ну вот, теперь все в сборе. Проходите, Гектор Наумович, присаживайтесь.

— Спасибо, — ответил Гектор. Честно говоря, сейчас его больше интересовали пятеро остальных.

— Знакомьтесь, — продолжал Красавец. — Борис Семенович Жукут. Штангист-тяжеловес. — Похожий на рыбу-бычка глазастый губошлеп с неимоверно широкой спиной и здоровенными покатыми плечами приподнялся и дернул головой. — Вячеслав Андреевич Руденко, спортивная стрельба из арбалета. — Сухощавый, поджарый парень с атлетичной фигурой и внешностью русской борзой кивнул, не вставая. — Антон Александрович Ильин, цирковой артист. Воздушная акробатика.

Плотный крепыш промычал себе под нос:

— Привет.

Двигался он странно, как будто вместо суставов и костей под кожей у него перекатывались отшлифованные камешки-«катыши».

— Тимофей Васильевич Трубецкой, дзюдо, — продолжал Красавец. Высокий подтянутый брюнет лет сорока трех, с прической «а-ля Фан-Фан Тюльпан», привстал и поклонился. — Модест Юрьевич Беленький, плаванье. — Хмурый, плечистый мужик, отдаленно напоминавший Кашпировского, с вызовом оглядел присутствующих, но ничего не сказал. — И наконец, Гектор Наумович Одинцов, пентатлон.

Гектор улыбнулся:

— Очень приятно.

Трубецкой улыбнулся в ответ, Жукут взглянул с интересом, Ильин промычал что-то невнятное, Руденко сказал: «Взаимно», Беленький буркнул: «А не врешь?»

«Ничего, притремся», — подумал Гектор, присаживаясь.

— Ну, вот вы и познакомились, — констатировал Красавец. — Перейдем к делу. Итак, — он начал брать с этажерки листы и пришпиливать их кнопками к стене, продолжая говорить, — вам хотелось узнать, зачем хозяевам «Си-Эйч-Эс» понадобилось устраивать всю эту игру с процессорами и выбрасывать на ветер сотни миллионов долларов. Теперь я могу объяснить. Одна из версий, выдвинутых нашими специалистами: психотронное оружие. Маловероятно, конечно, но не невозможно. В этом случае получает объяснение и наличие «лишних» деталей, о которых я упоминал. Их возможное предназначение: генерирование специальных кодовых сигналов — фабул, или, как их принято называть в широких кругах, установок. Подобный метод был известен и ранее. Он называется «обратным маскированием», а все вместе — «психосемантическим кодированием». Наиболее известные примеры: «Двадцать пятый кадр Фишера» и «Курс иностранных языков Илоны Давыдовой». Правда, при тестировании никаких посторонних сигналов выявлено не было, но это вовсе не означает, что их нет.

— Однако это также не означает, что они есть, — возразил Трубецкой. — Впрочем, вам, конечно, виднее.

— Вот именно, — ответил Красавец, пришпиливая последний лист. — Возможно, в пассивном состоянии или при тестировании процессор просто не выдает сигналов. Может быть, необходим какой-то сигнал, чтобы привести кодировщик в рабочий режим. Состоятельно ли данное предположение, мы надеемся установить с вашей помощью. Точнее, с помощью информации, которую вам предстоит похитить. Прошу внимания. Перед вами увеличенный снимок коттеджа и прилегающего к нему двора. Снимали с большого расстояния, поэтому получилось немного размыто, но лучшего все равно нет.