— Ого! — выдохнул Оскар. Его руки автоматически вцепились в поручни гондолы, хотя ощущения движения по тоннелю не было. — Наверное, какая-то система подавления инерции.

— Перестань анализировать. Просто наслаждайся. Особенно этим моментом.

— Каким… О черт!

Гондола вертикально вылетела из тоннеля и помчалась по одной из ниток скайвея. В первый момент могло показаться, что скорость превышает скорость звука. Совершенно не ощущая ускорения, они пронеслись мимо одного из небоскребов — высокого узкого конуса из голубоватой стали, увенчанного крас­ным шаром, а потом повернули по плавной дуге. Навстречу им мчалась другая гондола. Оскар с трудом удержался, чтобы не зажмуриться, когда она промельк­нула мимо. Только после этого его сердце стало биться немного медленнее и он смог получить хоть какое-то удовольствие от поездки. К этому времени они уже поднялись достаточно высоко, чтобы иметь возможность окинуть взглядом все пространство под куполом. Городские кварталы чередовались с обширными парками, а силуэты зданий представляли великолепное зрелище.

— Ночью здесь еще лучше, — сказал Мак. — Купол становится совсем прозрачным, и наверху можно увидеть Икаланайз. Вот тогда точно понимаешь, что находишься в чужом мире.

На следующей развязке скайвея они развернулись и спустились к зданию, имевшему вид серебряной раковины. Гондола скользнула в вестибюль восемнадцатого этажа и остановилась у белого столба, где уже стояли несколько таких же машин.

— Ну как, лучше, чем твой «мерс»? — спросил Мак, выбираясь из гондолы.

Оскар состроил гримасу.

— Просто другой.

Их уже поджидала одна из сотрудниц штаба председателя — Суулина Депфор, молодая на вид женщина в дорогом деловом костюме.

— Добро пожаловать в городской совет, джентльмены, — приветствовала она их. — Мисс Галл ждет вас.

Она провела их прямо в кабинет председателя Ассоциации резидентов человечества. Эта огромная овальная комната, вероятно, располагалась внутри само­го большого центрального гребня здания. Вместо потолка здесь был конический выступ из витражного стекла, струящегося всеми возможными цветами. В по­мещении имелся только один предмет мебели — стол у противоположной от входа стены, что придавало комнате сходство со старинным тронным залом. Оскар мгновенно вспомнил, что Тонья Галл уже больше ста лет была председа­телем Ассоциации. Из известных истории монархов так долго не правил никто.

Председательница поднялась им навстречу. Высокая женщина с иссиня-черной кожей, одетая в традиционный африканский костюм. До следующего омоложения ей оставалось меньше десяти лет, и ее лицо приобрело выражение уверенного достоинства. В черной шапке коротко подстриженных волос уже мелькали седые пряди. То, что она не позаботилась их скрыть или закрасить, свидетельствовало об абсолютной уверенности в себе. Не зря она проходила через все выборы с подавляющим большинством голосов. Немногочисленные критики и оппоненты утверждали, что никто просто не хочет сменить ее на этом посту, а должность председателя стала номинальной, поскольку Высокий Ангел безупречно выполняет все свои обязательства. Но это было явной недооценкой ее деятельности. Пребывание людей на Высоком Ангеле началось с простых и удобных общежитий для служащих астроинженерных компаний; теперь же три купола — Нью-Глазго, Звезда Москвы и Кракокол — стали домом для на­селения в пятнадцать миллионов человек. Еще два купола — Окленд и Бабуянский Атолл, о которых она договорилась с Высоким Ангелом, были почти окончательно выращены и готовы для заселения. Парящие снаружи лаборато­рии производили небольшую, но весьма важную часть высокотехнологичных систем для Содружества. По любым меркам история отношений с Высоким Ангелом была историей значительного успеха, и Тонья Галл, приехавшая сюда по контракту в качестве техника с первой волной резидентов, стала одновре­менно воплощением и создателем этой истории.