Пришлось обоим больным подняться и опять замыкать шествие. Последнее, что успел сделать Чиптомака - сменять свой меч на большую флягу. Потрясенные такой щедростью купцы выдали старику еще и мешочек с лепешками, который он тут же повесил на ворчащего Гольто.

- Дай лучше флягу понести!

- Ты думаешь, и-эмма, что раз ты сам дурак - так и вокруг дураки? - язвительно поинтересовался лэпхо и поправил на плече шерешенца гуоль. - Неси аккуратно, уронишь - голос потеряет. Тонкий инструмент.

На этот раз старик и юноша отстали почти сразу, и хотя к обеду идти стало полегче, расстояние между ними и мелькающими впереди, между барханов, товарищами почти не сократилось. Чиптомаке до этого и дела не было, он брел себе, полуприкрыв глаза и придерживал за локоть шерешенца. Но Гольто стало не по себе.

- Чиптомака, а если мы совсем отстанем? Ведь вдвоем тут останемся посреди песков, и без проводника.

- По следам нагоним, и-эмма... - старик в уме сочинял новую песню о собственных похождениях и тем пытался отвлечься.

- Какие следы? Ты спятил? Смотри какой тут песок - встал, и через минуту уже по колено! Он шевелится как живой!

Чиптомака открыл глаза и задумался. В самом деле, Салакуни уже почти скрылся из виду, а цепочка следов, которые он оставлял, была очень короткой.

- Беги к ним, пусть подождут, - решился он наконец. - И-эмма, хоть это и глупо - беспокоиться, отправляясь в такое место, но пусть здоровяк подождет. Он меня звал не для того, чтобы погубить в пустыне!

- Ладно, - вздохнув, согласился Гольто и поспешил вперед.

Он кое-как взобрался на бархан, поощряемый злобными требованиями старика двигаться быстрее, огляделся. Салакуни было не видно, наверное, скрылся где-то между песчаными холмами. Гольто опять спустился, и снова поднялся на очередную волну медленного моря. Снова не увидел никого и слегка забеспокоился. Постоял, ожидая Чиптомаку, тот вскоре появился на предыдущей насыпи.

- Ну что ты встал, дурачина! - тут же заорал лэпхо и потянулся к фляжке.

Гольто облизнулся и спустился вниз. А что, если имам повернул, и теперь воины идут не поперек, а вдоль волн? Или они с Чиптомакой незаметно чуть изменили направление... Шерешенец попытался сообразить, в какой стороне находится юго-запад, но в панике запутался. Опять поднялся, и, как ему показалось, на миг заметил далеко впереди белую шапочку Абу-Салтана. Гольто застыл на месте, глядя в ту сторону. Сейчас они опять должны подняться на бархан...

- Ну что ты там стоишь?! - долетел сзади хриплый голос Чиптомаки. - И-эмма, это не человек, это жук-навозник! Ну что ты опять стоишь там, а?!

Гольто не ответил, боясь отвести глаза. Вот кто-то показался, он быстро поднимался на песчаную волну... Это был пустынный хунди, почти белый, с черными пятнами. Шерешенец сплюнул и обернулся к лэпхо.

- Все, мы их потеряли!

- Ах ты, овца! Ну иди тогда сюда, будем помирать тут, под солнцем. И если я устану, ты возьмешь меня на руки, и-эмма, потому что я не собираюсь из-за тебя утонуть в песке!

- Лучше ты иди сюда! Нам все равно примерно в ту сторону!

- Салакуни вернется за нами вечером, чтоб тебя шанты сожрали! И-эмма, нам отсюда уйти - верная смерть!

Так они могли бы спорить еще долго, переминаясь на месте, чтобы не погрузиться в песок, но между ними вдруг появилась голова. Она была повязана старой серой тряпкой, одного уха не хватало. Голова внимательно посмотрела на Гольто, потом повернулась к Чиптомаке.

- Заблудились, да?

- Может и так, - вкрадчиво сказал старик. - А ты, добрый человек, откуда здесь?

- Слава Джу-Шуму! - вместо ответа буркнул одноухий, заставив путешественников испуганно переглянуться.. - Спускайтесь сюда, ко мне!

- Нет, это ты к нам поднимись! - заспорил Чиптомака.