— Ничуть, — улыбнулся ксури, — эта генетическая аномалия, скорее дар Богов, нежели проклятье, ведь благодаря ей происходит постоянное обновление клеток организма. То есть, носитель этой аномалии априори живет дольше представителей своей расы, что мы и наблюдаем на примере фаэры Вельской. Что касается Алевтины Верник, тут все намного интереснее. Если прапрабабушка с огромной долей вероятности коренная землянка, то в праправнучке можно наряду с отличительными признаками землян наблюдать также эленмарские и… шаендарские корни.

— Что-о-о-о? — вытаращила глаза я, если эленмарские корни меня уже не удивляли, то о шаендарских слышала впервые. Эрниль тер Куина с любопытством переводил взгляд с меня на бабушку Пелагею и ухмылялся.

— Дайте мне договорить, — выдохнул доктор, — я и так собьюсь. Тут нужен профессиональный генетик и бездна специального оборудования, чтобы ответить на все возникающие вопросы. Одно могу сказать точно: леди Алейна с вероятностью более 90 % кровный родственник фаэры Вельской и более 94 % — Верник.

— Это как? — не поняла я.

— Фаэра Вельская общий предок и для вас, и для леди Алейны. Постольку поскольку вся ваша семья в свое время проходила генетическое тестирование, могу утверждать, что и ваша бабушка, Алевтина, была для вас обеих общим предком. А вот дальше… Матери у вас, определенно, разные. С большой долей уверенности можно утверждать, что леди тама Сану ваша кузина, или, попросту говоря, двоюродная сестра.

— Офигеть! — глубокомысленно изрек Погодин, и я была с ним полностью согласна.

— Но, этого не может быть, доктор! Моя мать — единственный ребенок своей матери! — вырвалось у меня.

— Постой, Аленька… — на Пелагее Джоновне лица не было.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросила, подойдя ближе к ба.

— Сейчас… Сейчас… — пробормотала она, цепляясь и за меня, и за деда, — только отдышусь немного.

— Успокоительного! — крикнул доктор, — может все же пройдем ко мне в кабинет? Там намного комфортнее.

— Да, возможно, вы правы, — слабым голосом ответила ба.

— Проходите, — Ваку Париту, — распахнул небольшую дверь, располагающуюся неподалеку. Как только бабушка села на небольшой диванчик, он передал ей стаканчик с янтарной жидкостью, — вот, выпейте. Это лекарство.

— Спасибо, доктор, — сказала она. Мы с дедом стояли с ней рядом, в любую минуту готовые прийти на помощь.

— Алейна придет в себя утром, — сообщил ксури, обращаясь к Элвэ, тер Куина и Погодину, — и вы сможете ее навестить, а сейчас — свободны.

— Ну, уж нет! — заявил наглый шаендарец, — здесь сейчас самое интересное начнется! Кроме того, леди тама Сану — подданная Темного Круга, а я его официальный представитель.

Погодину с Элвэ тоже уходить совсем не хотелось, но, тем не менее, они укоризненно посмотрели на Куина, подхватили его под руки и вышли, вежливо прикрыв за собой дверь.

— Пелагея Джоновна, вы понимаете, что информация об инциденте должна поступить в штаб Коалиции. Мы находимся на пороге войны с Темным Кругом, — тихо сказал доктор, — но любую информацию можно завуалировать, слегка исказить или предоставить не полностью.

— Что вы! — воскликнула бабушка, — уж не думаете ли вы, что к попытке Темного Круга выкрасть треугольник имеем отношение я или моя внучка?

— Определенно, одна из ваших внучек, точно имеет к этому отношение! — с нажимом произнес ксури, намекая, конечно же, на Алейну.