— Обычно ты не утруждаешься выбором нарядов перед обедом с родителями, — сказала вдруг Ракель.

Судя по звучанию голоса, она так и лежала лицом к стене.

Я замерла, не зная, как отреагировать. Она в первый раз после того случая сама заговорила со мной. Я испытала облегчение, но при этом досаду на себя за эту реакцию. В конце концов, именно Ракель повела себе неправильно, так почему я чувствую себя так, словно это меня сняли с крючка?

— Я иду с Балтазаром. — Не глядя в ее сторону, я вытащила из ящика темно-фиолетовый кашемировый свитер.

— Я видела, что позавчера вы весь день ходили вместе. Еще подумала — что-то тут происходит.

— Что-то происходит, — коротко отозвалась я.

Поскольку больше я ничего не сказала, Ракель, вероятно, снова вернулась к своему журналу. Я быстро натянула свитер, надела висячие сережки и даже прыснула на себя духами, которые родители подарили мне на день рождения. С ароматом гардений.

Убирая флакон в ящик, я задела бархатный шарфик, в котором лежала подаренная мне Лукасом брошь. Я вспомнила не о том, как он купил мне ее, а совсем наоборот — как нам пришлось ее заложить, когда мы были в бегах, доведенные до отчаяния и без гроша в кармане. Мы тогда попали в очень большую беду, думала я, но если бы я могла вернуться в прошлое, в то время, когда мы с Лукасом были вдвоем против всего мира, я сделала бы это. И еще я никак не могла понять, почему мир не разорвался пополам — просто не лопнул по шву, — чтобы снова соединить нас.

— Я рада, что на любовном фронте у тебя все налаживается. — Ракель все-таки повернулась ко мне, а на ее лице появилась нерешительная улыбка. — Хотя по сравнению с прошлым романом любой будет лучше, да?

Ей никогда не нравился Лукас, и вот эти ее слова, когда она вдруг начала унижать Лукаса — в точности, как миссис Бетани, — оказались последней каплей.

— Это не твое дело! — рявкнула я. — И не думай, что можно сначала много дней подряд игнорировать меня, а потом соваться со своим мнением о моих любовных делах! Ты ведешь себя как подруга, только когда тебе этого хочется, и меня от этого уже тошнит!

— Прости, что я живу на свете. — Ракель отшвырнула журнал и выскочила из комнаты.

Уж не знаю, куда она собралась пойти в футболке и шортах, но я притворилась, что мне все равно.

Кроме того, у меня просто не было времени беспокоиться о ней, пора было вести своего «бойфренда» на обед к родителям.

— Значит, в этом году вы опять пойдете на Осенний бал вместе? — спросила мама, положив мне на тарелку большую порцию картофельного пюре.

Мы с Балтазаром переглянулись. Мы еще даже не думали про Осенний бал, но мама задала разумный вопрос.

— Безусловно, — торопливо ответил он. — Просто я как-то не сообразил, что бал уже совсем скоро.

— Время летит незаметно. — Папа уныло покачал головой и приложился к стакану с кровью. — Кажется, чем старше ты становишься, тем быстрее оно идет.

— Мне можете не рассказывать, — отозвался Балтазар.

В такие минуты я вспоминала, что, хотя он и выглядит лет на восемнадцать-девятнадцать, на самом деле ему уже больше трехсот и что он такой же опытный и могущественный вампир, как мои родители.

Конечно, я понимала, что за этим столом я одна такая необычная. Да и попробуй забудь, если все остальные пьют кровь, а ты единственная, кто ест индейку и картошку.

— Нужно поспешить и заказать тебе платье, чтобы я успела подогнать его по фигуре. — Мама сияла так, будто я не парня привела домой, а принесла выигрышный лотерейный билет.