- Давайте знакомиться.- Гостья, усевшись, старательно выговаривала русские слова.- Начнем с меня. В далекой земной жизни у меня было имя. А здесь... Здесь только шифр. Так что зовите меня просто Незнакомкой.

Она помолчала и вдруг, порывисто встав, заговорила быстро и взволнованно:

- О, если бы предки знали, что они творят! Если бы вовремя остановились и не лишили следующие поколения природы, искусства, любви, человечности... Тогда еще было время оглянуться и одуматься... А мы уже были бессильны. Электронный мир выскользнул из наших рук, и мы стали его рабами. А потом... потом слугами Абсолюта. Всесильный Абсолют на краткий миг вызывает нас к жизни. Вы...- Голос ее срывался.- Вот вы пришли. Так освободите нас!.. О, ничего вы не можете. Никто не может...

И вдруг ее не стало. Только что слегка прогибался мягкий, упругий пластик под ее ногами, шелестело, переливаясь искрами, платье. И все исчезло.

Мы переглянулись. А Ревелино выпрямился и облегченно вздохнул...

Незнакомка

- Еще раз прошу тебя, Сергей: ничего не упускай. Каждая деталь, каждая подробность имеют сейчас, как выразились бы в старину, оборонное значение.

- Ясно,- сказал я, а про себя подумал, что уважаемый академик Спотыкаев, увы, начинает повторяться. Мы разговаривали уже часа три, и за это время он успел мне подробно обо всем рассказать. И о возросшей угрозе агрессии со стороны Абсолюта, заблокировавшего после моего бегства все пути-дороги для наших только что созданных капсул. И о строительстве новых гиперзвездолетов, способных проникнуть в тот загадочный минус-континуум, куда забросило черной аннигиляцией наш “Орел”... И о том, как важны мои воспоминания для возникновения новых теорий и гипотез о непознанных еще свойствах времени и пространства...

Все это я с интересом выслушал, но Спотыкаев все говорил и говорил, и постепенно я начал ощущать что-то вроде легкой досады. О, я охотно беседовал бы с ним еще хоть сутки, если б не ждал сегодня другого человека...

Словно почувствовав это, Спотыкаев стал наконец прощаться. Я вышел проводить его. Густели сумерки, и сердце мое тревожно и радостно забилось. Вот сейчас, может быть через несколько минут, на поляне появится Таня.

Сегодня мы будем совсем одни. Только мы и гаснущий закат, лунный свет в окне и невнятно шумящие сосны...

А потом снова настанет день, и я опять уйду с головой в свои невеселые воспоминания.

* * *

Итак, Ревелино облегченно вздохнул... Но радость его была преждевременной. В рубке электронного универсала послышался шорох. Оттуда, шелестя длинным платьем, вышла Незнакомка. Села в кресло. Выглядела она еще бледнее прежнего.

- Извините за эксцессы.- Ее губы изогнулись в печальной улыбке.- Эксцессы... Так любит выражаться, кажется, ваш командир. Не выдержала я... Сотни лет небытия. И вот воскресла. Жизнь! Краткая, как вспышка, но жизнь... Тут любой не выдержит. Заговорила с вами как человек. А я прежде всего слуга Абсолюта и должна выполнять его волю.

- Абсолюта? - удивился Иван.- Что это такое?

- Потом поймете... Продолжим знакомство. Я уже назвала себя. Теперь ваш черед.

Встал капитан. С жесткой иронической усмешкой отчеканил:

- Федор Стриганов. Начальник экспедиции. Научная специальность - дискретное время и пространство.

- Очень приятно.- На пухлых губах Незнакомки тоже дрогнула усмешка.- Мы с вами коллеги. Вам трудно представить, каких успехов добились мы в изучении времени и пространства. Абсолют многое сейчас умеет. Например, в пустыне вы видели три эпохи: первобытный мир, сверхатомную цивилизацию и Электронную Гармонию. Абсолют хотел вам показать, до чего неприглядна история живых.

- Мы видели и четвертую эпоху,- сказал капитан.- Парад мертвецов. Это уже, думаю, не история...

- О! - удивилась Незнакомка.