— Подожди. Ты еще не знаешь самого плохого. Отношение Брэда ко мне изменилось. Он говорит, что не уверен, можно ли мне доверять. Чего этот сукин сын не говорит, так это того, что он перестал испытывать ко мне физическое влечение. В конце концов, я уже не так молода.

— Ты несешь чушь, Кики. Я это понимаю так: Брэд хотел сказать, что он обижен и не хочет торопиться… хочет убедиться, что ты его не…

— Откуда, черт возьми, ты знаешь, что он хотел сказать? Ты что, там была?

— Почему ты не осталась там еще немного? Здесь ведь задет и вопрос будущего Рори.

— Рори — дочь своего отца. Она предпочитает его мне.

— Надеюсь, ты не предлагала ей сделать выбор. Конечно же, сейчас она выбрала бы Брэда. Он оставался с ней, пока ты…

— Замолчи! Слышишь? Замолчи! Ты, черт возьми, не знаешь, о чем говоришь. Я не собираюсь сидеть и ждать, пока этот ублюдок решит, как ему себя вести в отношении меня. Только не Кики Девлин! Также я не буду унижаться перед сопливой дурочкой, которой надо просить у папочки разрешения на то, можно ли ей любить свою мать. Черт побери! Она должна любить меня, а не ждать, пока ей разрешат!

— Тебе придется подождать. Смотри, мои Дикки и Тимми все еще злятся на меня за то, что я оставляла их здесь все то время, пока была замужем за Зевом. И по правде говоря, я не виню их за это. Мы должны быть рядом со своими детьми, чтобы заслужить их любовь.

— Ой, неужели? А когда они будут заслуживать нашу любовь?

— Ну, сейчас ты говоришь глупость. Ты обижена, я знаю. Дай всему время.

* * *

Несколько дней спустя Анджела увидела, как Кики играет с чем-то, что было похоже на две тряпичные куклы.

— Они похожи на самодельные куклы, с которыми мы играли, когда были детьми. Где ты их взяла?

Кики улыбнулась с легким раздражением.

— Я их сама сделала. — Она показала одну из них. Кукла была сшита из белого простынного материала, у нее было нарисованное лицо и сделанные из ниток волосы, одета она была в грубо сшитую одежду. У куклы были черные волосы и черные усы.

— Для кого ты их сделала? — озадаченно спросила Анджела.

— Глупышка, ты что, не узнала моего красавца бывшего, Вика Росу? А эта? — Она потрясла другую куклу, у которой были желтые волосы из шерсти, а вместо глаз — голубые кружочки.

— Брэд?

— Дайте женщине больше красавчиков! — воскликнула Кики. — А вот я возьму себе побольше булавочек. Смотришь? — Она открыла коробку с булавками и, взяв одну, вонзила ее в руку игрушечного Вика.

Анджела несколько неуверенно засмеялась.

— Ну вот ты и до этого уже дошла, Кики! Совсем обезумела!

— Я знаю, есть какое-то заклинание, которое мне сейчас надо продекламировать; ну, я буду произносить свое собственное заклинание. Как забавно. Хочешь, я и тебе сделаю куклу для втыкания булавок? Дик, так же как и старина Зев, мертвы. А как насчет Ника Домингеза?

Анджела повернулась на каблуках и вышла из комнаты.

* * *

Через два дня Кики позвонила в Рим и поговорила g Никки. Повесив трубку, она пришла к принимавшей ванну Анджеле. Кики заливалась почти истерическим хохотом.

— Отгадай, что случилось? Никки мне сказала, что не далее как вчера ее папа поехал кататься на лыжах, и… ты подумай…

— Только не говори мне, что он что-то себе сломал!

Кики хохотала так сильно, что едва могла выговорить слова.

— Он сломал руку! Как тебе это нравится?

У Анджелы перехватило дыхание.

— Боже мой! — Кики вытерла слезы с глаз.