В сознании заструились образы, видения. Калейдоскоп каких-то лиц, звуков, событий. Закружилась голова, на меня налетела эйфорическая волна, ударила хмелем в сознание. Что это со мною? Я задохнулся от волнения. Почему Папирус так близок мне? Что он напоминает?

Жутковатая глубина сферы еле заметно вибрирует, в ней происходит какой-то процесс - неуловимый, тонкий. Что он означает? И как создан этот странный феномен?

Огневик умел с ним беседовать. Попробую и я. Неудобно обращаться в пустоту. В ничто. А телефон? Радио? Только пластмассовый или металлический прибор. Канал для передачи информации. Кому-то куда-то. Ах, проклятое вековое суеверие! Мы запамятовали (или не желаем вспомнить?), что каждый атом несет в себе неизмеримую информацию. "Макрокосм или Микрокосм - едины". Капля отражает в себе Вселенную. Осмелюсь! Спрошу!

- Черный Папирус (позволь тебя так называть), что ты есть? - Я произнес эту фразу и ощутил холодок за спиной.

Мне ответил голос - тихий, спокойный, на удивление знакомый и близкий:

- Нечто...

- Почему такой абстрактный ответ? - спросил я.

- Что спросил - то услыхал.

- Правда, правда, - согласился я. - Для Огневика и казаков ты была колдовская Черная Грамота, для дикарей - что-то потустороннее, а для меня...

- Ты тоже несешь в своем сознании и сносознании наслоения псевдоинформации, - послышался ответ. - Огневик был более свободен от нее.

Вот как? Меня проучили, как мальчишку. Загордился. Начал с менторского тона. Забыл, что, быть может, имею дело с комплексом информации некоей гиперцивилизации. Но что это за "сносознание", откуда странные определения?

- Где тебя создали?

- Не на Земле.

- Я давно понял это. Но зачем?

- Отыщи в себе. Ближе близкого.

- Значит, мы связаны с тобою?

- Как и все сущее.

- Ты снова говоришь абстракциями.

- Нет более конкретной истины, нежели эта.

- Я мучусь проблемой времени. Ты поможешь разгадать тайну Хроноса?

- Ты начал ее разгадывать.

- Но информация. Она никчемна. Помоги...

- Вся беспредельность - в тебе. Ищи. То, что найдешь, - я подтвержу.

- Только так? - разочарованно переспросил я.

- А разве этого мало? Сказать искателю, когда он ошибся, а когда нет величайшая помощь. Люди жаждут новой информации с далеких миров. Что они сделают с нею, не потрудившись над ее раскрытием? Они станут паразитами инобытийных достижений. Во имя чего чужепланетный разум должен отдавать сокровища разума ленивым существам, которые еще даже не поняли свое предназначение, не желают заглянуть в собственную сокровищницу?

- Я понял. Согласен. Отныне уже ничто не остановит меня. Только скажи можно победить деспотию времени?

- На силу есть сила. Стань всесильным. И сила и слабость - от временного. Нерушимая реальность - точка стойкости, не имеющая ни силы, ни слабости. Она ВСЕ.

Ночь. Звезды. Разговор с мерцающей сферой. Сплю я или нет? Ощущаю, как проносятся сквозь меня миллионолетия, как мой дух обнимает неведомые сферы, как в моем земном организме вырастают ультрафиолетовые крылья свободы...

Да, та! Черный Папирус открывает великую истину. Чтобы полностью познать тайну своего появления в чащобе звезд, туманностей и мегамиров. Человеку надлежит охватить многоступенчатое бытие, пронзить его своим разумом, духом, чувством. Иначе перед ним вечно будет плыть река таинственных вещей и событий, отчужденных и недостижимых, которые будут сопротивляться нашим усилиям подчинить их. Не завоевывать, а полюбить. То, что я полюбил, - становится мною...

- Остановись, - молвила черно-фиолетовая сфера Папируса. - Углубись в эту мысль. Только что ты коснулся величайшей тайны бытия.

- Неужели познание меньше любви?

- Любовь и есть познание, - загадочно ответила сфера.

- Но наука идет путями суровой логики, практики, а любовь.