|
Стена проседала, гостепреимно распахиваясь, и мы с Васькой заглядывали внутрь, придирчиво изучая содержимое. Большинство просторных помещений оказались абсолютно пустыми. Как объяснила Лена, их можно было использовать и для складирования грузов, и для размещения пассажиров. Только в трех обследованных отсеках, до самого потолка, стояли какие-то прямоугольные контейнеры. В одном, по словам Ленки, находились пищевые концентраты, изготовленные на планете с труднопроизносимым названием. И совершенно непригодные для земных желудков. Во втором – «синтезаторы одежды» и кой-какие потребительские товары. Несмотря на богатый словарный запас, почерпнутый из наших мозгов в ходе сканирования, Ленка так и не смогла объяснить, что же там такое. Звучало это как «кульвураторы для прозибакции атродаксов». Мы открыли первый попавшийся контейнер. Внутри – нечто среднее между пылесосом и полуведёрной клизмой. – Наверное, полезная вещица, – заметил Васька не слишком уверенно. – Ага, – кивнул я, – Для прозибакции – в самый раз. – Ну, если загнать их по-дешевке, – Лубенчиков мечтательно глянул куда-то в потолок, – Скажем за… – Только сначала придется отыскать этих самых атродаксов, – оборвал я васькины мечтания. В третьем отсеке были «ампуразивные бибрикоксы многоразового применения». – И для чего их применяют? – допытывался Лубенчиков у звездолета. – Для инсервации вакерпупсов, – ответила Лена без малейших колебаний. – Все ясно, – кивнули мы с Васькой и не стали вдаваться в дальнейшие подробности. Открывать контейнеры тоже не стали. Решили, что в ближайшее время прекрасно обойдёмся без бибрикоксов и прочих предметов инопланетной роскоши. Следующие несколько отсеков – пустые. Оставалось проверить еще штук шесть, когда стена очередного помещения тревожно замигала красным. – Внимание! – в голосе Лены прорезались тревожные нотки, – Внимание! Отсек Полной Изоляции! Отсек Полной Изоляции! – Да не ори ты, – поморщился Васька, – Со слухом у нас нормально. И так ясно – местное КПЗ. Открывай! – Возможна биологическая угроза! – ничуть не понижая голоса, заявил звездолет. И дверь не открыл. Такое неповиновение было удивительно. Васька даже присвистнул: – Эй ты, калькулятор-переросток! На кого шары гонишь?! Я почесал затылок: зря подымать переполох Ленка не будет. И спросил: – Что внутри? – Информация удалена. Ясно. Опять козни прежних хозяев. – Ну, а показать-то ты можешь? – Невозможно. Сенсоры и анализаторы внутри отсека блокированы. Внесистемная блокировка. Снять не удается. Мы переглянулись с Васькой. Оба подумали об одном и том же. Жалобный детский голосок, ворвавшийся в наши сны. – Это действительно была не галлюцинация! – прикусил губу Лубенчиков. Я кивнул. В любой бульварной газете хватает историй о похищениях людей зловредными «зелеными человечками». Теперь-то мы на собственном опыте знали, что иногда бульварные газеты пишут чистую правду. Гадские инопланетные «кидалы» успели порезвиться на Земле еще до встречи с нами! – Открывай! – в один голос потребовали мы у Ленки. |
