– У тебя тут пистолет в кармане? – игриво прошептала Полли в самое ухо Джека. – Или ты так рад видеть меня?

Слегка ошарашенный, Джек ослабил объятия.

– Разумеется, у меня в кармане пистолет.

Отступив на шаг, Джек вытащил его из кармана брюк.

– Прошу прощения, – сказал он и положил его на столик рядом со стаканом. Потом он сделал движение, снова собираясь обнять Полли, но та остановила его, подняв вверх руку. Она едва могла поверить собственным глазам.

– Пистолет! – выдохнула она. – Ты носишь с собой пистолет! Ты вооружен!

– Разумеется, – небрежно ответил Джек как бы нехотя. – Я же военный. Мне с этим приходится работать.

– А я муниципальный работник, но у меня нет даже своего файла, полного бессмысленных анкет, и протекающей шариковой ручки! Я просто не могу поверить, что ты принес пистолет в мой дом.

В той стране, откуда приехал Джек, каждый держал в своем доме оружие. Все относились к этому совершенно спокойно и просто не думали об этом. Фактически если у человека нет оружия, он считался странным. Разумеется, Джек знал, что в Англии другие законы, но, кажется, его это мало касалось.

– Прошу прощения, Полли, но он мне нужен.

– Тебе нужен пистолет в Стоук-Ньюингтоне в середине ночи?

– Да, именно так, – ответил Джек. – Я ведь являюсь мишенью.

Вряд ли такой разговор Полли собиралась вести в разгар любовной игры. Но теперь она просто не могла упустить случая.

– И ты, конечно, знаешь, что нарушаешь закон, не правда ли? – спросила она. – Я хочу сказать, что здесь Англия, а не Додж-сити! Здесь нельзя разгуливать по улицам с пистолетом в кармане!

Но у нее возникло впечатление, что Джеку можно.

– Я один из самых высокопоставленных американских военных. Очень многим хотелось бы видеть меня мертвым. Это вопрос дипломатии. Со спецслужбой у нас заключено неофициальное соглашение.

Полли все еще не могла вникнуть в суть происходящего.

– Ты пришел в мой дом, одетый, как Оливер Северный, со спецслужбой у тебя неофициальные соглашения, и ты носишь с собой оружие! Я ненавижу таких людей, как ты! Я жизнь потратила на то, чтобы протестовать против таких людей, как ты!

Джек пожал плечами и улыбнулся своей фирменной улыбкой.

– Поэтому я не понимаю… – продолжала Полли. – Как же, черт подери, такое могло случиться… что ты стал единственным человеком, которого я полюбила?..

– Надо полагать, тебе просто не повезло, – сказал Джек и снова заключил ее в объятия.

В первую секунду Полли подумала о том, чтобы оказать сопротивление. Она хотела объявить Джеку, что она не кран, который можно включать и выключать по своему усмотрению, что она не общается с вооруженными мужчинами. Но их объятие между тем не прерывалось. Их губы снова встретились в долгом поцелуе, еще более страстном, чем первый, случившийся за минуту или две до того. И снова Джек чувствовал рядом с собой тело Полли, ее руки, которые опустились на его ремень. Наконец-то он снова увидит ее обнаженной. Он чуть-чуть отстранился – только для того, чтобы позволить ей расстегнуть свой ремень, чтобы самому расстегнуть пуговицы на ее ночной сорочке. Какими бы ни были его первоначальные планы, он должен снова увидеть ее обнаженной. Он просто умрет, если этого не сделает. Он знал, что поступает неправильно. Он дал себе обещание, что ни в коем случае этого не случится. Но теперь ему уже было все равно. Если бы сейчас пришлось от нее отказаться, он бы просто сошел с ума. Он любил ее, он страстно желал ее. Ничего не изменилось в его жизни.

Вот его руки добрались до средней пуговицы ее сорочки, глазами он приготовился насладиться тем, что находилось под тканью.