– То, что я ночую в одном лагере с этими котами, вовсе не означает, что я хочу перестать быть тем, кто я есть!

Длинная Тень с беспокойством посмотрела на Зыбкую Реку и покачала хвостом.

– Мне кажется, Янтарь может оставить своё старое имя, – осторожно заметила она. – Имя – не главное. Дождинка осталась Дождинкой, и мы все за неё рады.

Но Зыбкая Река оставил её слова без ответа. Он продолжал пристально смотреть на Янтаря.

– Имя – это не главное, – повторил он. Потом спросил – негромко, но твёрдо: – Ты член сообщества Грома?

Янтарь с вызовом взглянул на него.

– Гром разрешает мне спать в своём лагере. Ты ждёшь, что за это я буду любить его, как родного?

Гром ошеломлённо заморгал. В голосе Янтаря звучала откровенная злоба. Стоит ли разрешать ему оставаться в лагере?

Зыбкая Река продолжал испытующе смотреть на напрягшегося бродягу.

– Только что ты дал слово охотиться для своих товарищей и сражаться за них. Ты обещал защищать их, когда они будут слабы, и поддерживать, когда будут сильны. Разве не так ведёт себя родня? Разве близость, связывающая товарищей по лагерю, не похожа на родственную связь?

Янтарь презрительно фыркнул, скаля зубы:

– Шрам не требовал от нас ничего подобного! Мы жили сами по себе и никому ничего не были должны!

В груди Грома вскипел гнев. Одним прыжком он подскочил к Янтарю и сбил его с лап.

– Не ври! – прорычал он. – Под властью Шрама вы никогда не жили сами по себе! Вы беспрекословно ему повиновались, а он морил вас голодом и посылал на смерть!

И туте вершины Высокой Скалы раздался отвратительный злобный вой.

Гром обернулся – и открыл пасть, увидев на скале мускулистую фигуру Шрама. Предводитель бродяг, озарённый ярким светом луны, с ненавистью смотрел на застывших внизу котов.

Шерсть на шкуре Грома встала дыбом.

«Зачем он сюда явился?»

– Я никого не держал силой! – зашипел Шрам. – Кому не нравилось жить со мной, мог катиться на все четыре стороны!

– Неправда! – Высокий Папоротник, хромая, вышла из толпы и злобно взглянула на Шрама. – Ты грозил расправиться с Буковницей, если я откажусь к тебе вернуться!

– Ну и что? – нагло осклабился Шрам. – Твоя Буковница всё равно стала падалью!

Из-за спины Шрама бесшумно вышла Пчела. Увидев её, Высокий Папоротник вся подобралась, грозно шипя. Под Скалой зашевелились новые тени, и оттуда появились Жук, Щепка и Змей. Они молча выстроились перед лесными котами и замерли, ожидая приказа своего вожака.

Гром протиснулся вперёд, остановился под Скалой и гневно посмотрел на Шрама.

– Как ты посмел сюда прийти?

Но Шрам даже не удостоил его взгляда. Он шарил глазами по толпе, высматривая бывших соратников. Кудрявый Мох и Туманная Заря загородили собой своих котят, Ракитовый Хвост выпустила когти, а в глазах Рыжего Когтя мелькнул страх.

– Спасибо, что присмотрели за самыми слабыми членами моей стаи! – пророкотал Шрам, зловеще щуря глаза. – Но теперь им пора возвращаться домой!

Гром прирос к земле.

«Эти коты только что принесли клятву верности своим товарищам! Они не могут уйти! – с жаром подумал он, но черви сомнения уже зашевелились в его животе. – Или они настолько боятся Шрама, что не осмелятся его ослушаться?»

Обгоняющая Ветер вздыбила загривок и впилась глазами в Ракитового Хвоста и Высокого Папоротника.

«Она никогда не доверяла им и теперь ждёт, что они докажут её правоту! – понял Гром. Кровь бросилась ему в голову, он с отчаянной мольбой посмотрел на бродяг: – Нет! Не поддавайтесь!»

И тут Янтарь неторопливо прошёл мимо оцепеневших котов к Скале.