— Нет, — испуганно прозвучал голос контролера. — Мы все стоим у люков спасательного катера. Не думаете ли вы, что нам стоит оставить корабль гореть?

— И уничтожить механизм стоимостью в миллиард долларов? Нет уж, спасибо! Стойте там, где стоите. Бее будет в порядке.

Даже в такой момент инженер презрительно фыркнул. Он начал поворачивать главное выстреливающее колесо, прижав ноги к полу и пытаясь удержать тело от вращения.

Вспомогательные аварийные устройства были механическими или гидравлическими. Теперь, когда вся электроника вышла из подчинения, следовало поблагодарить их создателей. Гуммус-луджиль нахмурился, напрягая мускулы. Открылась серия люков, выплеснув в пространство неистово раскаленные газы. Во тьме сверкнуло пламя, и снова человеческий глаз не смог бы ничего увидеть. Красный свет медленно сменился желтым, сирена приглушила свой рев. Постепенно спадал уровень радиации в машинном отделении. Гуммус-луджиль решил, что не получил опасной дозы, хотя доктора, вероятно, отстранят его от работы на несколько месяцев.

Он прошел через особый аварийный выход, в своей каюте сбросил одежду и отдал ее роботу, затем проследовал в специальное помещение для дезактивации. Прошло не менее получаса, пока счетчик Гейгера не сообщил, что он может появляться в обществе других людей. Робот подал ему дезактивированную одежду, и Гуммус-луджиль отправился на капитанский мостик.

Контролер слегка отшатнулся от него, когда он вошел.

— Ладно, ладно, — с сарказмом сказал Гуммус-луджиль, — я знаю, что слегка радиоактивен. Может, мне стоит взять колокольчик, звонить в него и кричать: «Нечист!»? А сейчас я хотел бы сделать вызов на Землю.

— А… О да, да! Конечно. — Контролер проплыл к пульту коммуникатора. — Куда?

— Дирекция института Лагранжа.

— Что… что неисправно? Бы знаете?

— Да. Это не может быть случайностью. Если бы я не оказался единственным на борту человеком среди созданий с мозгами устриц, корабль был бы покинут, а конвертор разрушен.

— Вы хотите сказать?..

Гуммус-луджиль поднял палец и одну за другой начертил в воздухе буквы: С.А.Б.О.Т.А.Ж. «Саботаж».

— Я хочу отыскать этого ублюдка и повесить его на его же собственных кишках.

Глава вторая

Джон Лоренцен смотрел в окно отеля, когда пришел вызов. Он находился на пятьдесят восьмом этаже, и скоростной спуск вызван легкое головокружение. На Луне не строили таких высоких зданий. Под ним, над ним и вокруг него, подобно джунглям, развертывался город, перебрасываясь гибкими мостиками с одной стройной башни на другую. Он сверкал, горел, уходя за край горизонта. Белое, золотое, красное, синее сияние не было сплошным: тут и там темные пятна означали парки с фонтанами огня или сверкающей среди ночи воды, но сами огни протянулись на много километров. Кито никогда не спал.

Близилась полночь, время, когда должно стартовать множество ракет. Лоренцен хотел посмотреть на это зрелище, оно было знаменито во всей Солнечной системе. Он заплатил двойную цену за комнату, выходящую окном к стене космопорта, и испытывал некоторые угрызения совести — платить ведь по счету будет институт Лагранжа. Тем не менее он сделал это. Детство на заброшенной ферме в Аляске, долгие годы зубрежки в колледже… Бедный студент, живущий на стипендию филантропического фонда, он никогда не видел ничего подобного. Лоренцен не жаловался, но жизни его явно недоставало эффектных зрелищ, и теперь, собираясь углубиться в черноту космоса за пределами Солнечной системы, он хотел вначале полюбоваться полночными огнями космопорта Кито. Возможно, другого случая у него не будет.

Тихо загудел экран.