— Это граф Лезер, — сказал мне Федор Васильевич. — Очередной подозреваемый от Барклая. Вы, сударь, сделаете благое дело, если сопроводите его до Перми.

— Не ранее, чем стану подозреваемым от Кутузова, — вполголоса ответил я.

— Матвей Иванович, дайте мне еще немного времени, и я — в вашем распоряжении, — попросил граф Ростопчин знаменитого гостя.

— Не волнуйтесь, без меня генеральное сражение не начнут, — с куражом в голосе ответил генерал Платов.

— Оставайтесь пока здесь, — тихо приказал мне Федор Васильевич. — И не забудьте, что вы под арестом. Пока под домашним.

Мы остались втроем: генерал Платов, Булгаков и я.

— А с другой стороны, — сказал казацкий атаман, — и меня Барклай от дела отстранил. Что в армии, что здесь — чёрти что творится! Приехал в Москву, тут шум какой-то, воздушный шар! Говорят, пятьдесят человек за раз поднимает. Эх, мне бы десяток таких! А то мы все обозы на Дон отправляем…

Мы с Булгаковым переглянулись. Бывалый атаман — и тот поверил в историю с воздушным шаром. И пожалуй, не стоило сейчас разочаровывать его. Впрочем, применение воздушным шарам генерал Платов придумал отнюдь не военное.

— Ваше высокопревосходительство, — обратился я к казацкому атаману, — знаю, в ближайшее будущее его величество пожалует вам титул графа.

— И вы уже слышали? — Матвей Иванович оживился, надежда со страхом вновь обмануться заиграли в глазах.

—Никаких сомнений, все уже знают об этом.

—Должно быть, фельдъегерь запаздывает, — насупившись, промолвил атаман. — А кто вы?

—Граф Воленский, Андрей Васильевич.

— Давайте будем накоротке, — предложил Матвей Иванович.

Он приподнялся, и мы скрепили знакомство рукопожатием.

— Я только что из Лондона. Там наслышаны о вашей славе, англичане почитают вас в числе первых героев, — заверил я атамана.

— Англичане? — переспросил генерал Платов и посмотрел на меня с недоверием.

— Уверяю вас, — улыбнулся я. — Знали бы вы, как потрепали им нервы, когда отправились в Индию.

—Э-эх! Сейчас бы мыл сапоги в Индийском океане!

Атаман с досадою взмахнул сжатым кулаком, сожалея,

что не ослушался молодого императора, прервал поход, начатый по повелению Павла, и вернулся с половины пути. Некоторое время его глаза смотрели в какие-то нездешние дали, вероятно, наблюдая картины несостоявшейся истории завоевания Индии. Наконец Матвей Иванович встряхнул головой и взглянул на меня.

—Чем же я могу быть полезен, милостивый государь?

—Вы направляетесь в армию. Осмелюсь обратиться к вам с просьбой, — проговорил я.

— Извольте, граф! Без всяких церемоний! Я к вашим услугам!

— Ввиду особой важности донесения я попрошу вас передать письмо его светлости князю Кутузову.

— Давайте свое письмо, — согласился казацкий атаман.

— Мне потребуется десять минут, — сказал я и повернулся к Булгакову: — Вы позволите?

— Вы можете воспользоваться моим кабинетом, — предложил Александр Яковлевич, изрядно удивленный разговором.

Я в нескольких словах описал итоги своей розыскной деятельности, а самое важное — изложил свои соображения относительно сведений, которыми владела шпионка. Запечатав письмо, я передал конверт генералу Платову. Тот заверил меня, что в ближайшие два дня донесение будет доставлено главнокомандующему.

Генерал-губернатор, избегая новых споров, очевидно, из давнего дружеского расположения ко мне, распорядился препроводить меня на Петровку и оставить там караул, чтобы я не покидал дом до особых распоряжений.