Наконец, какая-то бабулька указала вперед и сказала, что киоск есть на конечной автобусной остановке. Настя перевела дух – трудновато ассимилироваться, когда ты почти не представляешь здешних реалий. Хорошо, что здесь нет шпиономании – иначе бы ее точно прихватили за одно место. Не знает простых вещей!

Киоск, к удивлению и досаде Насти торговал чем угодно, только не тем, чем ему положено торговать – газетами. Газет почти не было. Но из тех, которые все-таки удалось купить, стало ясно – в стране пандемия опасного вируса, от которого якобы спасают повязки. Вот все в этих самых повязках и ходят.

Настя не верила в спасительную панацею повязок, но поняла сразу, зачем их заставляют носить. Если ты кашляешь, если ты носитель вируса – повязка хоть какая-то гарантия, что вирус останется с тобой, и не перекинется на окружающих тебя людей. Наивно, конечно, но…для Насти очень удобно.

Итак, теперь у нее есть одежда, еда и машина, и от которой нужно избавиться как можно быстрее. Вдруг кто-нибудь заметит, что в машине его друзей за рулем сидит незнакомая светловолосая девица, и поинтересуется, куда же делся хозяин этого автомобиля. И вот тогда Настя огребет огромнейшие проблемы. Садится в тюрьму у нее не было никакого желания – через год ей нужно вернуться в свой мир и рассказать, что она видела и что слышала.

Так. Надо решить, где ночевать. Миша уже проснулся и жадно глотает какую-то смесь из пластиковой баночки, и честно сказать, Настя ему немного завидует – есть хочется, аж желудок подвело. Давно не испытывала такого чувства голода – с тех пор, как пробиралась по джунглям, рассчитывая встретить вьетнамских партизан. И всего-то несколько часов не ела! Странно. Может у нее усилился обмен веществ? Отломила кусок колбасы, хлеба – быстро съела.

Кстати, ощущение такое, что Зинаиде и вправду стало немного полегче – Мишеньку она кормила сама, без того, чтобы проваливаться в болезненное беспамятство.

Устроиться в гостиницу они не смогут – без паспорта это невозможно. Тогда куда им идти-ехать? Нет, все-таки в больницу. Без этого никак. Итак, найти здесь какую-нибудь больницу и добиться, чтобы Зинаиду с сыном туда приняли. Как это сделать?

Настя думала минут десять, и пришла к одному, единственному выводу, самому простому и незамысловатому. Чего придумывать? Зачем прорываться в больницу? Сами привезут и положат. Кто? Да те же менты! Идти в райотдел, а там упасть на пол и потерять сознание. При этом состоянии Зинаиды, никто не осмелится назвать ее симулянткой. Скажет, что не помнит, кто она такая, и…дело сделано! Начнут розыск, а Зину пока что подержат в больнице. Возможно – перевезут в психушку.

Одно только плохо – Мишу обязательно у нее заберут и поместят в дом ребенка. И ничего не поделаешь – придется терпеть. Когда выйдет – заберет его обратно. Не сможет забрать – на что у нее охрана? Настя наизнанку всех вывернет, но заставит сказать – куда делся ребенок.

Укрепившись в этой мысли – рассказала все Зинаиде. Та естественно была очень недовольна тем, что Мишеньку у нее заберут. Но когда Настя предложила придумать свой выход из ситуации – Зинаида все-таки сдалась, будучи бабой умнющей, не зря же ее некогда Карпов полюбил. Дур он вообще-то терпеть не может.

В этом микрорайоне было небольшое отделение милиции…вернее – полиции. Но Настя решила, что лучше отправиться в большой райотдел. А еще лучше – в областное управление внутренних дел! Чтобы уж наверняка! Чтобы как из орудия главного калибра!

И Настя поехала искать это самое областное УВД. Пришлось остановиться возле таксиста на перекрестке в центре, и долго мурыжить его слабую голову, выуживая маршрут пополам с междометиями и посторонними звуками.