– Вот как?! Сторонники?! А тогда почему они не прикроют нас, и не доставят к нашему самолету? И не сопроводят к границе?!

– Объясняю: мы не хотим рисковать твоей жизнью, и жизнью первой леди. У нас очень эффективная система противовоздушной обороны, в том числе и на уровне батальонов. Где гарантия, что в вертолет, который к нам прилетит за вами, не попадет наша ракета класса земля-воздух? Нет, мы не можем так рисковать. Мы слишком дорожим вашей жизнью!

– И своей! – усмехнулся Никсон – Штаты не оставят без последствий гибель их президента! Начнется война, в которой сгорят миллионы русских! Ваши правители это понимают!

Я грустно усмехнулся, посмотрел в глаза Никсону:

– Ричард, а ты уверен, что начнется война? Ты умный человек, подумай! Ну вот представь, что ты погиб. Что будет? Подожди, ничего не говори. Я тебе расскажу, что будет. И новое наше правительство, и старое – сделают одно и то же: они объявят, что ты стал жертвой безумных террористов, и что правительство Союза никакого отношения к этому не имеет. Конечно же, никто в это не поверит. Заговор-то против власти, и участвуют в нем тоже представители власти! Но…твои соратники сделают вид, что поверили. И спишут тебя! Назначат досрочные выборы, выберут того, кого им нужно, и все пойдет так, как хочется твоим противникам! Понимаешь? Уверен – понимаешь! Ты как кость в горле своим демократическим "друзьям" (я сделал знак руками, будто ставил кавычки), и они будут рады, если ты погибнешь! И единственные, кто хочет, чтобы ты жил – кроме твоей семьи, конечно – это мы, это Советский Союз. Нам жизненно необходим мир, нам жизненно необходима дружба Штатов! (По крайней мере – пока. Но этого я само собой добавлять не стал) Итак, если подвести итог – мы тут все поляжем, но с тебя и волосок не упадет. Вначале им придется убить всех нас! Да, кстати – объясню, почему не вызвали боевые ударные вертолеты и самолеты, и не разнесли те же бронетранспортеры. Во-первых, это никогда не поздно – придется вызвать, так вызовем. Во-вторых…это армейские бронетранспортеры, в них сидят обычные солдаты. Наши солдаты, которым приказали, и они подчинились приказу. Это наши, русские люди, не какие-нибудь захватчики! Так почему мы должны их убивать? Жертвы, увы, будут. Но мы постараемся минимизировать потери с обеих сторон. Вот и все, что я тебе хотел сказать, Ричард.

Молчание. Секунд двадцать, не меньше. Потом Никсон ответил:

– Ты меня успокоил. Твои выводы логичны и я не нашел в них изъяна. Впрочем – как и всегда. И ты честен со мной, Майкл, а я это ценю. Да, я прожженный политик, и не всегда говорю правду. Но…я умею быть благодарным, поверь мне! Политик, который предает своих соратников долго у власти не остается. Я своих соратников ценю, и считаю тебя своим соратником. И советником.

– И я ценю это, Ричард! – как можно более проникновенно ответил я, и вдруг поймал себя на том, что мне на самом деле приятны слова американского президента. И это очень странно. Какой бы он ни был "хороший" – он президент вражеской страны. Страны, которая упорно хочет уничтожить мою страну. Впрочем – как и моя страна его страну.

Нет, все-таки это верная дорога – на партнерство с США. Китаю я не верю совсем. В моем мире он уже подмял всю Землю, наводнив ее дешевыми товарами, осталось только наводнить мир своими людьми – благо что китайцев на Земле невероятное количество. Китая надо опасаться, не США. Не США во главе с Никсоном.

Мы еще немного посидели, поговорили практически ниочем – я спрашивал, устраивает ли гостей наша кухня – гости благодарили, а Никсон сказал, что русский кетчуп очень даже хорош.