|
Мы ждем приезда русской военной полиции.
Берби покраснел и потянулся к кобуре:
— Это было при ваших коммунистах. У нас во главе всего закон и порядок.
Пожилой полицейский осторожно обронил:
— Я бы на вашем месте этого не делал.
— Я научу вас быть настоящими немецкими полицейскими.
Polizeirevierleiter прошагал к солдатам и начал что-то им громко выговаривать. Что произошло дальше, так никто и не понял. Буквально из-под земли выросли фигуры в камуфляже, и через минуту немецкие полицейские валялись на асфальте, а их оружие, разобранное на составные части, лежало неподалеку. Патроны куда-то и вовсе подевались. Молодой офицер на неплохом немецком выговаривал.
— Следую хорошенько запомнить: эти солдаты — советские граждане. И ни одна немецкая свинья не имеет права их задерживать. Сейчас приедет следственная группа и сделает опрос. Вы можете стоять рядом. И помалкивать.
Дурак Берби не унимался:
— Я буду жаловаться! Я есть Polizeirevierleiter!
— Засунь жалобу к себе в жопу. Могу добавить туда твой пистолет. Ты мушку не спилил? Можешь прислать его ко мне в Москву. Там рядом много ваших немцев похоронено. Яволь?
— Я.
Берби внезапно осознал, что может остаться тут навсегда, и перестал трепыхаться. Страх, вот что они забыли на Западе.
— Старший, что у вас тут за фигня происходит?
Не понравилась товарищу из комендатуры увиденная картина. Он походил вокруг да около и приказал вызвать из прокуратуры следователя и эксперта.
— А что вас смущает, товарищ майор?
— Такое впечатление, что вы раздавили их специально.
— Если и так?
Комендантскому не понравились глаза этого странного старлея из бригады спецназа. Как будто льдом на тебя дышат.
— Уголовное дело светит.
— Нет. Вы получите приказ все документы отправить выше и забудете все навсегда.
— Не понял.
— Поняли, товарищ майор, если хотите дослужить в Германии спокойно. В Уссурийске комары и китайцы за рекой.
Сказано это было таким тоном, что лучше не спорить. И представитель комендатуры не стал.
Через несколько часов участники ДТП уже сидели в трюме военно-транспортного самолета, взлетевшего с ближайшего аэродрома группы войск.
— Иначе было нельзя?
— Да оборзели БНДшники в конец! Не стесняясь, наблюдали, слушали. У них в машине новейшая аппаратура стояла. Наши частоты сканировали. Мы ее, конечно, прибрали. Вели себя, короче, как дома.
Седой офицер улыбнулся в усы.
— Так они у себя дома.
— Мой дед эти города на копье брал. Так что ни хрена не их.
— Ну и правильно.
— А чего меня дернули так рано?
— Засветился. Получишь по прибытии другое задание. Не ерепенься, работы на всех хватит.
— Товарищ полковник, так мы все-таки выведем войска?
Седовласый офицер некоторое время смотрел на своего еще с Афганистана, подчиненного.
— Всему свое время. Но на наших условиях точно!
Москва. Генеральный штаб
— Слишком много желающих, товарищ генерал. Мы не можем столько принять. Штата, соответствующего нет.
— А в регулярные части?
— Не хотят. Им уставщина хуже горькой редьки надоела. Это же боевые хлопцы!
— Вот же…
Командующий ВДВ покачал головой. Бывшему командиру 15-й отдельной бригады специального назначения ГРУ в Туркестанском военном округе полковнику Квачкову был поручен набор в «Стальные отряды», то есть силовые подразделения новой власти. Полковника в некоторых рядах граждан хорошо знали, и поток людей в отряды не иссякал. Шли бывшие десантники, спецназовцы, даже морпехи. |