– Изюм? Да не знаю. Не люблю – и все. Противный, сморщенный, – Паша даже передернул плечами, – как лицо старика.

– Фу, ну ты сравнил.

Паша протянул руку:

– Иди сюда!

Надя сделала шаг и положила руки на его грудь. Паша поцеловал ее не сразу. Они долго стояли близко-близко и просто смотрели в глаза друг друга.

– И куда делся тот мальчик, который ронял учебники и смущался? – прошептала Надя Паше в губы после поцелуя.

– Влюбился, – просто ответил он.

Надя улыбнулась. Страх, сидевший в ее животе, притупился, остались только греющие изнутри чувства.

Мимо них к машине родителей прошла Даша. Надя отстранилась от Паши, сказала ему: «Я сейчас», – и быстро догнала Семенову.

– Не верится, да? – сказала Надя.

Даша грустно улыбнулась и пожала плечами.

– Надюш, я по тебе очень скучать буду.

Раньше Надя проигнорировала бы ее нежное признание и попрощалась холодно, отстраненно: разве люди с такими ощутимыми недостатками, как у Даши, заслуживают любви? Но резкая категоричность, Надя и сама не заметила, как это произошло, перестала ей нравиться.

– Спасибо тебе, Семочка, за веселые годы за одной партой. – Надя обняла ее.

«Жаль, что настоящей дружбы между нами так и не получилось, – думала Надя, провожая взглядом машину, в которую села Даша, пока та не скрылась за поворотом. – А может, дружбы не получилось только у меня? Может, Даша всегда дружила со мной искренне, а я… А я всегда смотрела на часы, чтобы засечь, насколько она опоздала».

– Я готов! Можем идти! – рядом с Надей возник Дима.

Они направились в сторону того самого парка, где впервые рассказали друг другу свои секреты.

– Вы можете себе представить, что школа закончилась, – сказала Надя, поднимая глаза к солнцу.

Ей никто не ответил. «Наверно, ни у одной меня крутит живот от одной только мысли о будущем», – подумала Надя.

– У нас с Пашкой первый экзамен завтра, – сказал Дима. – А, Паш, можешь представить?

– История? – спросила Надя.

Дима кивнул:

– Я завалю ее, чувствую. Пробовал пробник решать пару дней назад. Ничего не знаю. В задании дали карту, спросили, что на ней изображено, какое сражение, какие последствия и причины сражения. А я ничего не знаю. Ни на один вопрос не ответил. Я в ужасе. – Дима хохотнул.

Они уже дошли до парка и свернули в сторону пруда.

– Все нормально будет, – уверенно сказал Паша, – на экзамене сосредоточишься и напишешь.

Дима покачал головой.

– В том-то и дело! Я чувствую, что не напишу. Иногда ты просто волнуешься перед экзаменом, а иногда где-то внутри сидит убеждение и понимание, что ничего не выйдет.

– Ну не напишешь, – Надя постаралась говорить бодро, как папа, – ничего страшного не случится. Не конец света! Пересдашь!

Дима кивнул, не глядя на друзей.

– Я уже думал об этом – о пересдаче в следующем году. Забавно, что ты упомянула такую возможность, потому что мама сегодня после последнего звонка сказала, что они продали последнее, что было, – маленький дом в деревне, который папе от бабушки достался. Денег хватит, чтобы погасить оставшиеся долги отца. Мама сказала, что, раз за учебу платить не нужно и с долгами будет почти покончено, мне не нужно так много работать. Буду сидеть и учить. Весь год. Работать, конечно, придется, но только чтобы репетиторов оплатить. Не буду уже с утра до ночи пахать, как в этом году.