— Патрик мёртв… — ответила Соня, — даже по меркам ночного народа…

— Верно, — кивнул я, — но он сказал мне, что, если я хоть с кем-то поделюсь этой информацией — то и меня, и того человека, кому я доверюсь, неизбежно убьют.

Соня задумалась.

— Это действительно так важно?

Я молча кивнул.

— И это оправдывает твоё решение? Верно?

Я снова кивнул.

— Арти, не молчи. Ответь, — попросила Соня. Только теперь я сообразил, что она не видит в темноте так же хорошо, как и я; в свете звёзд на безлунном небе мои кивки оставались незамеченными.

— Всё верно, — ответил я.

— Кажется, я догадываюсь, в чём может быть дело, — сказала Соня, — но ты прав. Такое знание лучше оставить при себе… — она сделала секундную паузу, после чего взволнованно добавила: — Никогда, ни в коем случае, ни за что не говори это. Если это действительно то, о чём я подумала.

— Не буду, — ответил я, — честно.

— Как мы будем выбираться? — спросила она, — у тебя есть план?

— Для начала нам нужно решить с транспортом, — ответил я, — есть ещё пара осложнений, которые я попытаюсь решить. Потом определимся, что дальше. Жди меня здесь. Никуда не уходи.

— Хорошо, — кивнула Соня.

Я надеялся, что все изъятые у нас вещи и оружие «европеец» хранил в одном из внедорожников. И действительно, я нашёл там флягу с кровью, которой меня снабдил Патрик. Но таблеток нигде не было.

Я обыскал все внедорожники прежде, чем убедиться в необходимости залазить в БТР с останками боевиков. Потом обследовал и его, изрядно запачкавшись в крови. У меня не было никаких сомнений, что я осмотрел всё тщательно. К тому же я научился всё делать очень быстро, гораздо быстрее обычного человека.

Таблеток не было. И это колоссальная проблема. Я поглядел на небо и с ужасом увидел, что восток уже начал светлеть.

— Не понимаю, почему ты говоришь, что должен прятаться от Солнца, — Соня пожала плечами, — Патрик этого не делал!

— Таблетки специальные, — ответил я, — он передал их мне. Но после нападения они куда-то пропали. Я обыскал весь лагерь и не смог их найти.

— Ты придумал, что делать? — спросила напарница, — мы успеем до города доехать? Там можно было бы в гостинице пересидеть…

— До Уагадугу? — уточнил я, — может. Но это слишком рискованно. Мы не знаем город, не знаем гостиницы.

— Ну или ты можешь спрятаться в контейнере. Я останусь снаружи, и буду тебя охранять.

Я так посмотрел на неё, что Соня осеклась.

Мы сидели внутри одного из внедорожников. Я выбрал тот, где было больше всего запасов горючего в баках. Двигатель уже был заведён, и я разбирался с навигационной системой.

Я глядел на небо. Каким-то образом я знал точное время, когда наступит рассвет. И это знание почти парализовало волю. Меня тянуло в укрытие. Закопаться в землю. Всё, что угодно, только не остаться на открытой местности.

Инстинкты ночного народа брали верх. Но я заставил себя думать.

Теперь я видел гораздо дальше. Приглядевшись, я даже разглядел изгиб оврага бывшей реки, о которой говорил Майкл. И там, за очередным поворотом, кажется, я увидел, будто что-то блеснуло.

Есть ли шанс, что похитители, убедившись в том, что оторвались от погони, остановились на ночлег? Конечно, есть.

Вот только нам всё равно придётся остановиться на день. При любых раскладах я бы не доверил Соне вести автомобиль по бездорожью, посреди Африки.

— Едем до оврага, — сказал я, — потом я прячусь между сиденьями и накрываюсь рюкзаками и спальниками. Горючего на работу кондиционера хватит.