— Да. Да, Арти. Двери заблокированы. Я заблокировала, когда засыпала, — ответила Соня.

— Что им надо? Они что-то говорят? — спросил я.

— Нет… они просто стоят вокруг. Арти, они странно выглядят. У них лица закрыты повязками, а на головах тюрбаны. Чёрные. Одни глаза видно. Ой!

— Что? — встревоженно спросил я, — что там?

— Один увидел, что я проснулась, — ответила Соня, — он поднял руку, показал мне ладонь, и тут же снова её опустил.

— Наверно… это хороший знак, — сказал я.

— Не знаю. Арти, я уже устала бояться. Будь, что будет. Если что — перестреляю, сколько смогу.

Я ухмыльнулся. Такая перемена в Сонином настроении радовала. Придавала сил.

— Кстати, уже закат, — сказала Соня, — скоро темно станет.

Я закрыл глаза и не смог сдержать улыбку. Получается, я пережил свой первый день в новом качестве.

Едва опустилась темнота, как один из окружающих нас людей — видимо, старший, — подошёл к нашей машине и вежливо постучал в окно со стороны водителя. К тому времени я уже успел перебраться на переднее сиденье.

Можно было опустить стекло, но я почему-то предпочёл открыть дверцу. Такая свобода действий пьянила после целого дня в узкой каморке.

У человека, который стоял передо мной, были светло-серые глаза. «Довольно необычно для местного», — решил я. Впрочем, что я знаю о местных народах?

Он кивнул мне и, покопавшись где-то в складках своего чёрного одеяния, вытащил и протянул мне небольшой пузырёк. Я подозрительно пригляделся. Потом принюхался. Так и есть: кровь!

Что это? Какой-то тайный орден поклонников ночного народа? Или реальная помощь, которую прислала европейская Ветвь, узнав о случившемся? А, может, ловушка?

Гадать можно было бесконечно. Поэтому я решил положиться на интуицию.

Я принял пузырёк, вежливо кивнув.

Человек что-то произнёс на незнакомом певучем языке, после чего сделал жест, будто подносит что-то к невидимому за повязкой рту и глотает.

Я кивнул. Открыл резиновую пробку. Понюхал кровь.

Жажды я всё ещё не испытывал. Но кровь пахла привлекательно. Скосив глаза на Соню, которая расширенными глазами смотрела на нас, я вздохнул, и сделал первый глоток.

Приятно. Насыщенно. Моё сознание наполнилось неуловимыми смыслами, в которых было много солнца, песка и тяжелой жизни. А ещё разных правильных вещей, которые позволяли в этом выживать.

— Я Идир, — произнёс человек в платке, показывая на себя ладонью. Он говорил на совершенно незнакомом языке, но значение его слов я без труда улавливал.

— Приветствую, Идир, — ответил я, — я Арти.

— Вы едете за мной. Убежище, досточтимый Арти.

Всё было предельно понятно. Нас приглашают в убежище. Что ж, учитывая проявленное пришельцами миролюбие — отказываться глупо.

— Арти, ты знаешь их язык? — поражённо спросила Соня.

— Не знал, — ответил я, — до недавнего времени.

Идир кивнул и отошёл от машины. Только теперь я заметил, что чуть дальше в ущелье стоят ещё два внедорожника.

Идир сделал знак своим людям, они разомкнули круг, который всё это время сохранялся у нашей машины, и последовали за лидером.

— Кто они? — спросила Соня.

— Понятия не имею, — ответил я, — но они зовут нас с собой. Говорят, в какое-то убежище.

— Мне кажется, отказываться глупо, — сказала напарница.

Я согласно кивнул в ответ.

Мы ехали довольно долго. Часа два, может, даже три. Я даже начал поглядывать на указатель горючего — его оставалось на триста километров пробега, не больше. Потом пришлось бы останавливаться, чтобы долить горючее из канистр.