— А вот тут уже, как говорят в околонаучных стримах, начинается область спекуляций, — улыбнулся Лёва. — Нужно им что-то там, сильно. Тут вот что интересно: судя по тому, как они активизировались, кто-то уже вытащил сердце, годное против стражей. Они и раньше присматривали за такими заброшками, которые могли его принести. Но так, не слишком навязчиво. Мы с Лисой на всякий случай старались такие места обходить.

Он остановился на очередной площадке, упёрся ладонями в колени и замолчал. Было заметно, что подниматься и говорить ему было тяжеловато. Не удивительно — при таком-то весе.

— Слушайте, ребятки, — продолжал он, отдышавшись, — тут вот какое дело. Мы с Лисой задумали в этом сезоне попробовать взять абандон нашей мечты. Но видите, какая фигня приключилась… Лиса ни за что не хотела выезжать в одиночку. А мне уже осточертело торчать тут и жрать пиво бочками. Чую, ещё немного — и всё, не смогу вырваться. В гермодверь не влезу, — он хохотнул, — вы ребята вроде толковые. Не то, что эта молодёжь… в общем, подумайте. Есть вариант стартануть вместе.

Мы переглянулись.

— Стоп-стоп, — сказал я, — ты имеешь в виду вместе ехать на объект? Ты вот серьёзно сейчас?

— Знаю. Невиданное дело, — кивнул Лёва, — и в обычных условиях никто бы на это не пошёл. Но условия не обычные. А терять целый сезон тоже ну такое себе… в общем, мы предлагаем поделить добычу пополам. В денежном выражении. После сдачи куратору.

— А кто доставать будет? — спросила Соня.

— Монетку бросим. Не важно, — Лёва пожал плечами, — кроме того, если у кого-то будет осечка — другая команда подстрахует. А добычу всё равно делим, как договорились.

— Лиса в курсе? — спросил я.

— Пока нет. Но против точно не будет. Я её уже почти уломал самим ехать. Думаю, она даже обрадуется.

— Это… немного необычно, — дипломатично заметила Соня, — нам надо обсудить. Наедине. Хорошо?

— Да на здоровье! — кивнул Лёва.

— А что за объект? — спросил я.

Лёва масляно улыбнулся.

— Вам понравится, — ответил он, — все считают, что объекты советской ядерной программы сосредоточены на Урале. Но на самом деле ключевой исследовательский центр был именно там, на Колыме. Вы офигеете, когда сам объект увидите!

— Колыма? — переспросил я, — ядерный объект? Лёва, ты что, пытаешься нас на могилу заманить?

— Да нет же! Объект штатно законсервировали! Там крупные учёные работали. С ними со всеми всё в порядке. Там целый автономный город построили, очень комфортный по тем временам.

— Интересно… — тихо произнесла Соня.

Я с удивлением посмотрел на неё.

Лёва кивнул и продолжил подъём. По дороге мы молчали.

— Как думаешь, они могут слушать? — тревожно спросила Соня, когда мы вернулись в нашу комнату.

— Не надо совсем уж параноить, — я пожал плечами, — нет, не думаю, что они подслушивают. Даже если бы у них была такая возможность.

— Я бы очень хотела побывать на этом объекте, — призналась напарница.

— Я бы тоже.

— Но мне тревожно, — она вздохнула, — что, если на нас нападут, и Бася покажет себя?

Я задумался на секунду.

— Надо будет сделать так, чтобы не показала. И потом. Мы ведь не можем прятаться вечно. Рано или поздно какие-то частички информации начнут просачиваться. И в этом случае нам очень понадобятся союзники. Так?

Соня подумала минуту. Потом кивнула.

Локация 8 Московская область, Домодедовский городской округ, Серпуховской городской округ; Калужская область, Тарусский городской округ

— Какой у нас план? — спросила Соня, когда мы вчетвером вышли из бункера в «грот», где были припаркованы автомобили и мотоциклы.