— Поэтому вы до сих пор не попытались забрать её у меня, — сказал я нарочито спокойным голосом.

— Конечно, — легко согласился оперативник, — я не самоубийца.

— Значит, мы будем прикреплены к этой штуковине, — продолжал рассуждать я, — всегда будем рядом, когда вы захотите её использовать… ну, такая себе жизнь. Может, хоть расскажете, чем вы лучше этого Санька?

— Особенно если то, что вы про него рассказали — правда, — вставила Соня, упрямо выпятив губу.

— Хотя бы тем, что ни я, ни моя организация не собираемся использовать это сердце, — чуть улыбнувшись, ответил куратор, — а вот те, кого представляет этот парень, напротив, очень хотят пустить его в дело.

— Почему мы должны вам верить? — упрямо спросила Соня.

— А я разве когда-то обманывал? — вопросом ответил куратор.

— Нет, — ответил я, — только темнили и недоговаривали. Сложно ожидать полной откровенности, если взять за правду то, что вы уже рассказали. Верно?

— Верно, — кивнул куратор, — что ж. В таком случае, доверьтесь своей интуиции.

Я выдержал паузу. Ответить на этот аргумент было нечем. И, честно говоря, меня его слова убедили. Теперь, задним числом, я чувствовал, что с Саньком что-то не то. Он был слишком правильным. Подчеркнуто вежливым, улыбчивым. Эдакий простой рубаха-парень, трудяга диких территорий, невольно вызывающий симпатию. Я ведь даже обещал себе щедро расплатиться за его услуги…

— Почему вы не планируете использовать сердце? — спросил я, — это же логично, разделаться с врагами… зачем такой мощной вещи простаивать?

— Потому что мы считаем, что использование этого сердца приведёт к гибели человечества, — ответил куратор, — и у нас есть основания так думать. Даже больше: мы были на волосок от гибели, — продолжал он, — если бы тот парень, напарник погибшей, успел применить сердце — последствия были бы необратимыми. А он был очень близок к этому. Вы вовремя успели, в курсе?

— Что вы с ним сделаете? — спросил я, — с этим сердцем?

— Мы постараемся его уничтожить, — ответил куратор.

— Но… как? Мы бы могли это сделать сами, если знаете способ… тогда проблема доверия решится сама собой.

— Боюсь, способ, который мы планируем использовать, очень сложный. Вы его не потянете, — осторожно ответил куратор.

— Мы хотели вернуть сердце туда, откуда они появляются, — сказала Соня, — воспользовавшись другой могилой.

Обычно невозмутимый куратор тут в ужасе округлил глаза.

— Какая безумная идея, — сказал он, — и как вовремя я успел.

— Подождите. Но как тогда? Я не думаю, что его можно так просто сжечь или порвать…

— Нет, конечно, — кивнул куратор, — этого делать совершенно нельзя. Скорее всего, вы погибните, если попытаетесь.

— Но тогда как?..

Куратор уже набрал в лёгкие воздуха, чтобы ответить. И тут откуда-то снизу послышались шаги. А потом Санёк крикнул:

— Эй! Артур! Соня! Вы тут? — его голос звучал всё так же звонко и весело, — ребят, отзовитесь!

Мы замерли, затаив дыхание. Куратор осторожно поднялся с ванны, залез подмышку и достал пистолет. Я с досадой подумал, что оставил ствол, который нам достался от Лисы и Лёвы, в машине. Решил, что сердце могилы — лучшая защита… идиот.

— Ребята, местные говорят, тут медведи зачастили в город! Наглые до невозможности!

Соня сжала челюсти; я видел, как желваки заиграли на её скулах.