После того, как Сергей помог нам пристегнуться в креслах, он подошёл к этому парню и коротко обнял его. Потом сел рядом с нами.

Я хотел спросить, куда нас везут, но шум стоял такой, что разговаривать было совершенно невозможно, а орать не хотелось.

Мы летели около часа, как мне показалось, то и дело меняя высоту и направление. Сопровождающие нас вертолёты крутились вокруг, на мой взгляд, совершенно хаотично.

Потом внизу, среди леса, я разглядел взлётную полосу. Похоже, какой-то военный аэродром: никаких признаков пассажирского терминала, замаскированные сеткой ангары, грузовые самолёты и вертолёты и пара хищных военных машин — то ли истребителей, то ли штурмовиков.

Мы сели возле торца полосы, где нас ждал ещё один небольшой самолёт — копия того, который взорвали под Москвой. Сходство было неприятным, но выбирать не приходилось: Сергей недвусмысленно указывал на распахнутый люк вертолёта, приглашая наружу.

Как только покинули вертолёт, мы снова оказались в плотном кольце военных, среди которых был Сергей с его другом. В таком же порядке двинулись к самолёту.

Оказавшись на борту, мы даже пристегнуться не успели, как самолёт начал разбег.

А ещё нас тут встречали. Женщина, восточной наружности, в строгом деловом костюме. Как только мы оторвались от полосы, она кивнула Сергею и остальным спецназовцам, после чего те вышли из салона.

— Артур. Соня, — сказала женщина, — я помогу вам пройти через посвящение.

Локация 16. Республика Алтай. Тархатинский мегалитический комплекс

— Тут очень красиво, — сказал Соня, выпрыгнув из машины, — и воздух… кажется, им можно наесться!

Она широко улыбнулась и раскинула руки, будто пытаясь обнять это место.

Тут действительно было красиво. Ровная степь и горы с заснеженными вершинами. На их фоне — мегалиты, куда мы, собственно, и направлялись.

— Ну что, пойдем? — спросила она, обращаясь к Кире. Так звали нашу сопровождающую. Из её пояснений я понял, что она была чем-то вроде руководителем и координатором среди кураторов. В общем, начальником, и не маленьким.

— Конечно, — ответила она и тоже улыбнулась.

Я посмотрел в сторону соседней машины, где была наша охрана, в том числе Сергей. Но двери чёрного «Круизёра» оставались закрытыми.

— Нет, Арти, — Кира покачала головой, — туда, куда мы направляемся, можно только посвящённым. Для остальных это очень опасно.

— И что же, туристов в этих местах не бывает? — спросил я, подняв бровь.

— Бывают, — кивнула Кира, — но не в той фазе приближения, через которую зайдём мы.

Она ответила, используя наши термины. Я понял её. Значит, эти мегалиты — тоже абандон? Впрочем, не удивительно.

Идти было легко и приятно. Словно тут сила тяжести была меньше. Странно, что мы раньше до этих краёв не добирались…

Когда мы прибыли на место, Солнце уже склонилось к закату, окрашивая седые вершины гор багрянцев. Я засмотрелся на это фантастическое зрелище, и немного замедлил шаг.

— Ох… — неожиданно выдохнула Соня, и встала на месте, как вкопанная.

— Что случилось? — спросил я.

Кира тоже остановилась. Теперь она глядела на нас с лёгкой полуулыбкой.

— Арти, это могила… — тревожно сказала Соня, — я чую стражей… а ты нет?

Я прислушался к собственным ощущением. Действительно, чьё-то присутствие среди круга огромных валунов, лежащих перед нами, отчётливо ощущалось. Но оно вовсе не было угрожающим. Скорее, наоборот: тёплым и каким-то домашним что ли.

— Ты права, Соня, — ответила Кира, — это действительно могила.