Кира взглянула на неё с лёгким, немного картинным удивлением. После чего ответила:

— Участвовать.

Всё началось после того, как солнце зашло за горизонт и отгорели последние краски заката. К тому моменту я потерял ощущение времени. Степь, горы, яркие звёзды над головой — всё казалось нереальным. А присутствие невидимых стражей становилось всё более и более ощутимым.

Потом Соня и Кира куда-то пропали. Я понял, что стою один в самом центре круга. Прямо надо мной огромной дугой нависает млечный путь. Я задержал взгляд и, кажется, увидел, как галактика наклоняется, отражая вращение Земли. Это было очень красиво и страшно одновременно: одно дело знать ничтожность нашего существования, другое дело — вдруг ощутить его очень ярко на собственной шкуре.

— Это красиво. Правда? — мягкий женский голос прозвучал из-за спины.

Я резко обернулся. Там парила в воздухе женщина. Она была одета в балахон, наподобие накидок древних греков, который каким-то непостижимым образом не скрывал, а подчёркивал отличную фигуру. Она была красива.

— Кто вы? — спросил я.

— Это совершенно не важно, — женщина покачала головой, — самое главное, что мы должны выяснить — это кто ты, Артём.

— Где все? — я продолжал задавать вопросы, уже зная, что ответов не получу.

Женщина улыбнулась и протянула мне руку. Я не хотел отвечать на её жест, но моя рука словно сама собой поднялась. И я почувствовал её тёплую ладонь в своей.

Мир вокруг нас изменился. В каждом проходе между гигантскими валунами теперь был свой пейзаж: где-то заснеженная степь, где-то поляна в лесу, где-то горы и даже море, вода из которого стояла, словно упёршись в стеклянную преграду на границе внутреннего круга.

— Что это? — снова спросил я.

— Пойдём, — ответила женщина.

— Но куда?

— Туда, куда тебя тянет.

Я внимательно пригляделся в открывшимся проходам. Там, где была заснеженная степь, на горизонте что-то таинственно мерцало, переливаясь разноцветными огнями. Город? Космодром?.. мне очень хотелось это выяснить. Но я никогда не любил холод. В одном из проёмов был золотистый песок и дальше, у горизонта, в расплавленном воздухе виднелось то ли море, то ли большое озеро. Почему-то я знал, что это земля вечного тепла и лета. И там можно жить счастливо, ни в чём не нуждаясь. Понятия не имею, откуда у меня было это знание — но я не сомневался в его истинности. Туда, под яркое солнце, очень хотелось. Куда сильнее, чем в таинственный город в заснеженной степи.

Но я посмотрел на море. Там, совсем недалеко, был остров, заросший тропической зеленью. Среди буйства природы стояли изящные дома-виллы, чьи обитатели ждали меня. Я посмотрел в лес. Там была большая загадка, оставшаяся от предыдущих эпох, и мне предстояло её разгадать.

— Ты не обязан выбирать, — мягко сказала женщина, — это всё может быть твоим, сразу. Всё, что необходимо, это только решиться.

Значит, в этом и заключалось посвящение? В том, чтобы узнать, что возможно решительно всё?.. Я старался думать, рассуждать, но всё моё существо затопило предчувствие скорого волшебства, которому невозможно было сопротивляться. Для этого нужно было всего лишь выйти из круга, и направиться туда, куда меня звало сердце.

Можно было получить то, что я хотел с того момента, как осознал себя. Что-то из раннего детства, давно забытое, и вот теперь вновь появившееся, заигравшее в своём первозданном, сверкающем волшебстве.

Я ещё раз посмотрел на все проходы, выбирая. Потом на секунду поднял глаза, и увидел перечеркнувший небо Млечный путь. Странно, что его хорош видно — ведь там, куда я хотел уйти, день. И эта полоса звёздного тумана была какой-то… щемяще родной.

По лицу красивой женщины пробежало беспокойство.

— Ну же, — сказала она, — решайся скорее.