Значок попал ей в бедро и шлепнулся у самых ног. Девушка не подала никакого вида; как ни в чем не бывало, она сделала несколько шагов, незаметно наступила на значок и вдавила его в песок. Немного выждав, Смайли медленно двинулась вдоль воды в сторону Болана.
Оказавшись прямо напротив него, она опустилась на одно колено, спиной к «туристам», и принялась рисовать пальцем узоры на песке.
— Как я рада тебя видеть, Мак, — сказала она тихо.
— Что тут творится, Смайли?
— Небольшая заминка. Генерал сюда не придет.
— Это я уже понял.
— Наверное, они задумали это еще вчера, после твоего первого удара. А утреннее представление заставило их поторопиться. Ну и наделал ты шума!
— Как они здесь обо всем узнали?
— Я рассказала. А потом из города позвонил кто-то из людей Чуна. Мы должны встретить его в море.
— Кто это мы?
— Зубастый Ван Хо, его люди и я. Кстати, этот ублюдок Ван собирается прикончить меня по дороге.
— Откуда ты знаешь?
— Я понимаю по-китайски. Он говорил своим, что предоставит мне возможность поплавать в проливе Каиви. Хорошо хоть, что вода теплая.
Болан восхищался этой девушкой. Ни малейшего намека на панику, настоящая профессиональная выдержка.
— Ладно, иди дальше вдоль воды. Дойдешь до следующей рощи — и сразу беги, я тебя прикрою. Жди возле моей машины на улице Охуа.
— Не-ет, так легко мы не отделаемся. Все гораздо сложнее.
Один из «горилл» отвел глаза от гавайских красоток и с ленивой улыбкой посмотрел на Смайли.
— За тобой следят, — предупредил Болан. — Выкладывай поживее.
— Они решили, что твое нападение в Калихи привлечет к ним внимание, и боятся разоблачения. На всякий случай решено переехать. Главный у них Ван. Он взял из сейфа на вилле портфель с документами и цепочкой прикрепил его к наручному браслету. Я слышала, как он говорил своему начальнику штаба: «Здесь зарыт труп». Не знаю, что он имел в виду. Скорее всего, речь идет о каком-то политическом скандале. Нам нужны эти бумаги, Мак.
— Ладно, — сказал Болан. — Я их добуду. А ты делай ноги.
— Один ты не справишься, — разволновалась Смайли. — Почему ты не хочешь, чтобы я помогла, черт возьми?
— Сколько у нас времени?
— Немного. Мы должны отплыть на этих шлюпках и встретить яхту где-то за коралловым рифом.
— Так чего они ждут?
— Надо думать, появления яхты.
Болан задумался, глядя на «гориллу», который следил за Смайли. Похоже, тот собирался подойти.
— Давай-ка, поверти задом перед этой обезьяной, — решил Болан. — Придумай что-нибудь сногсшибательное, уведи их с пляжа. Только не приближайся к шлюпкам.
— А потом?
— Увидишь. Давай, он уже идет сюда.
Смайли выпрямилась и томно посмотрела на приближавшегося верзилу.
— Ну и тоска, — сказала она нараспев. — Ты еще не помер со скуки?
— Было дело. Но теперь, кажется, оживаю, — заявил он с развязной улыбкой.
Смайли рассмеялась и начала танец, который неизменно — от Сан-Хуана до Лас-Вегаса — доводил публику до экстаза. Да, это была необыкновенная девушка. Болан уже в который раз подумал, каким же талантом она пожертвовала ради этой жестокой игры в «воров и полицейских».
Очень быстро все горе-туристы были буквально зачарованы чувственной красотой танца. Смайли медленно приближалась к роще — туда, где жарился поросенок. Гавайские танцовщицы были вынуждены бесславно свернуть свое выступление, как только вся публика проследовала в сторону рощи за их конкуренткой. Даже их последний зритель — китаец в набедренной повязке, позабыв про шлюпки, будто лунатик, брел за остальными. |