— Это не справедливо, — фыркнула я, и рассмеялась. Кристина тоже:

— Подумать только…шоколадки «Братц», — хихикала она, качая светловолосой головой.

Мы разошлись на первом этаже; Кристина отправилась в 203 аудиторию, а я — в туалет. Меня до сих пор тянуло на смех после разговора, и я решила, что если я освежусь, то все пройдет.

Войдя чистую, убранную комнату, я замерла, потому что увидела двух знакомых людей: девушка в красном, по имени Мишель, и еще одна, — держащая ее под руку, высокая блондинка. Я мгновенно ее вспомнила, потому что именно на нее я опрокинула свой напиток в клубе «Манхеттен», когда увидела Экейна. В мозгу тут же пронеслось несколько вариантов событий, и один из которых был, закручен, вокруг того, что они не вспомнят меня, а я прикинусь, что ошиблась дверью, и уйду. Но они выбрали второй вариант. Тот, что мне не понравился.

— Эй, Маритт, — обратилась к блондинке, Мишель. Сегодня она была в красной тунике, и высоких черных сапожках. По-моему, у этой особы нездоровая страсть к красному. — Это та девка, что решила подшутить надо мной со своей готичной подругой.

Маритт оценила меня презрительным взглядом, и выдала:

— Ага. Я помню ее. Она вылила на меня свой мерзопакостный напиток.

— Это правда? — осведомилась Брюнетка-Мишель с уничтожающими нотками в голосе.

— Ага, — кивнула блондинка. Мишель уставилась на меня злобным взглядом:

— Ты осмелилась напасть на мою сестру?

У меня заледенело сердце, от чего стало трудно дышать.

— Я…я не нападала. — Я попятилась к двери. — Я просто…это случайно.

Значит, они сестры. А ведь и правда у них есть что-то общее в лицах. Одинаковая агрессия по отношению ко мне.

— Имей в виду, дорогуша, — Мишель вытерла руки бумажным полотенцем, медленно подходя ко мне. Я уже представила, как она заставляет меня, его съесть, или что-то в этом роде. — Я надеюсь, что ты будешь осторожна в общении с нами. Иначе… — она не договорила, а просто прошла мимо, бросив использованное бумажное полотенце в меня. Но, все было итак понятно. Если я сделаю что-то не то, у меня будут неприятности.

После того, как лекция по истории закончилась, Хилари и Фэйт пригласили меня в кафе, но я тактично отказалась. Все, что я хотела, — сэкономить те пятьсот долларов что у меня есть, пока я не привыкла к городу, и не устроилась на работу. Кроме того, я не знала, о чем могу говорить с этими девушками.

Они не настаивали.

В кафе «Шерри», куда я пришла чтобы провести время между лекциями, я заказала чай без сахара, и устроилась у окна. Вид открывался прекрасный: мощеная улочка, домики из красного кирпича, с балконами на которых летом, и в начале осени стояли домашние растения.

Мои мысли улетели далеко отсюда, в прошлое, туда, где мы с мамой работали в нашей оранжерее, выращивая цветы, — я розы, она ромашки. Я пообещала ей, что я попробую скрестить эти два вида, чтобы получилось одно растение. Единое целое. Мне было всего восемь лет, и я посмотрела «Бэтмена» не за долго до этого.

Мой заказ поставили на стол, а затем официантка присела напротив меня. Я удивленно посмотрела на нее, и мое смущение тут же испарилось, оставив место для всепоглощающего страха.

— Привет, Аура. Надеюсь, в этот раз ты не сбежишь, как три года назад. Я уже и не надеялась, что мне удастся найти тебя. — Рыжие волосы Авы были заплетены в косички. На ней был ярко-желтый джемпер, и фартук с бейджиком.