— Дело в мороженом, — с легкостью солгала я. Мне нужно будет сходить в церковь, чтобы вымолить грехи. Я слишком часто говорю неправду.

Кэмерон скептически изогнул бровь, пришлось уточнить:

— Я съела слишком много мороженого вчера, и должно быть простудилась. Иди на работу.

Он опустил руку мне на лоб, затем решительно выпрямился, снимая шарф.

— Ну да, у тебя жар, и нет, я не могу пойти на работу. Позвоню доктору Андерсон, и попрошу о вынужденном выходном.

— Со мной все хорошо, Кэмерон, — произнесла я, выпрямляясь, и брат проследил за мной взглядом. — Я немного посплю, посмотрю телевизор… ты должен идти на работу. Ты, наверное, будешь переживать если опоздаешь.

— Я переживаю, когда мне приходится оставаться дома из-за того, что моя сестра заболела, — сварливо произнес он, поджимая губы, и выглядя неуверенным. Я надавила:

— Я позвоню Аве, чтобы она пришла. Знаешь же, она обожает, как ты готовишь.

Кэмерон спохватился:

— Я могу тебе приготовить обед сейчас. Чего бы ты хотела?

— Ничего не нужно. В холодильнике остались остатки курицы.

Кэмерон наконец-то отстал от меня:

— Хорошо. Но обязательно позвони Аве. На ужин я приготовлю мясо с черносливом. — Кэмерон взял ключи от машины со столика возле дивана. Я закуталась теплее в одеяло. — Я позвоню твоему куратору, чтобы объяснить ситуацию. Никому дверь не открывай, — давал краткие указания старший брат. — Особенно людям мужского пола. И нашим соседкам. Даже не смотри на их дом.

Кэмерон ушел, и я погрузилась в тишину, которая внезапно вызвала слезы.

Жалкое зрелище.

Лиам и Рэн. Ненавижу их обоих.

Они затеяли со мной какую-то игру, теперь я это понимаю, и очень хорошо. А ведь я удивлялась, откуда Лиам знает вещи о моем прошлом, откуда он знает про дневник. Думала, он как-то связан с этим. А он и был связан. Причем родственными узами — связан с человеком, который был главным героем моей жизненной истории, что со мной произошла. Экейн все рассказал своему младшему братцу, мерзавец, и они решили здорово подшутить надо мной. Ну, разумеется, ведь это так весело.

Я увидела в зеркале, как по моей щеке скатывается слеза.

Что же мне делать? Как мне все это пережить?

Вторая слезинка.

Точно я знаю одно: Экейн вдоволь поиздевался надо мной, в прошлом, и всю историю рассказал своему брату, Лиаму (поверить не могу что они братья!), а потом они решили подшутить надо мной. Это жестоко. На самом деле, жестоко.

Зачем они так со мной?

Утро вторника началось с извинений Кристины. Вчера она звонила мне, но я притворилась спящей. Сегодня, попав в университет, я первым делом наткнулась на нее. Слава богу, я не видела этого блондинистого предателя, который вечно ошивается рядом с ней!

— Ты стала злой, — сказала она. — Твои глаза выглядят определенно злыми.

— Этого не случилось бы, если бы ты заикнулась хоть раз, что братом Лиама является эта вислоухая морда, — отрезала я, безуспешно пытаясь сдержать гнев, рвущийся наружу. Я быстро зашагала по аллее в сторону библиотеке. Сегодня у меня не было занятий, но я решила, что будет разумнее прийти и подготовиться к лекции по аналитической химии в библиотеке. Дома я ощущала себя словно в ловушке.

— Ты никогда так не разговаривала, Аура, — Кристина поспешила за мной, прижимая к груди учебники.

— Правда? — с сарказмом уточнила я. — Я подумала, что мне не нужно быть такой милой, когда вокруг меня образовалось царство лжецов.